А мне деваться было некуда. Даже нельзя было воздать должное мастерству повара — все то, что нам подали, предварительно сервировав, попало на борт лайнера исключительно в виде вакуум-пака. Так что справившись с обедом, я воздал дань графинчику с шустовским, пока Лами вертелась на стуле почти как на шесте.
— Слушай, ты по-моему перевозбудила всю мужскую часть пассажиров, — ухмыльнулся я.
— Ничего, им полезно, — безапелляционно сказала она, отхлебнув шампанского. — Эй, человек!
Она подняла палец вверх, подзывая стюарда.
— Еще шампанского!
Стюард вопросительно взглянул на меня. Ну а я-то при чем? Это она только выглядит ослепительно красивой молодой девушкой, а знал бы ты, сколько ей лет… Я кивнул.
— Ты решила выжрать весь шампусик на борту? — спросил я ее откровенно.
— Нет, пожалуй, — она покачала ногой, подвесив туфлю на пальцах, верный признак.
Со стороны зала раздался то ли вздох, то ли стон. У кого-то из купцов, похоже, инфаркт микарда случился. Немудрено, чары суккуба для обычного человека — смертельная ловушка. Хорошо, что Лами просто развлекается… Или нет?
— Перейду на души… Ой, прости, папочка, не надо так на меня смотреть… Я хотела сказать, на что-нибудь более крепкое.
— Что я тебе говорил про то, что здесь мы как в тюрьме?
— Все-все, я пошутила, — поспешно сказала она. — Ну хоть выпить можно?
Не в коня корм, скривился я. Энергетическому существу алкоголь — на один зуб, не будет ни опьянения, ни похмелья. Так, перевод продукта. Вот душу выпить — другое дело.
— Только алкоголь, — повторил я.
— Ой, смотри, господа купцы что-то затевают!
— В карты играть собираются, — заметил я, увидев, как ловко обеденные столы превращаются в игровой.
— Пойдешь? — спросила мепя Лами.
— Неохота что-то, — я сделал глоток превосходного коньяка. — Иди, поиграй, если охота.
Лами фыркнула — типа, твоего разрешения и не требуется — и, выписывая восьмерки пятой точкой, пошла к господам купцам.
Глава 10
Дирижабль «Князь Волконский», где-то над Империей
Я допил коньяк и пошел к себе в каюту. Господа картежники, войдя в азарт, издавали звуки бабуинов во время случки, сделав удачный ход или загребая банк. Меня это не интересовало. Не то чтобы я не умел играть — умел, да еще как — но данная компашка купи-продайцев была ниже моего достоинства. Это вон Лами пусть на хомячках отрывается, ей полезно.
Наконец, дойдя к себе, я, не раздеваясь, плюхнулся на кровать и включил планшет. После коньяка лучше пошло, факт. Я вчитался, потом планшет выпал у меня из рук, и я задремал, довольный.
Проснулся я от стука входной двери — явилась Лами. Я подслеповато глянул на часы — ого, аж три часа пролетело! Ну, лудоманы чертовы!