Первый и наиболее массовый — автомобильный, который в связи с закрытием железнодорожного дальнего следования стал основным. Из-за постоянных катаклизмов и черте-что творившегося с миром железка стала не то, что нерентабельна, а и вообще невозможна.

Вот и пришлось по примеру САСШ, где это очень развито, возить грузы и людей по не особо безопасным местам в составе вооруженных конвоев. Курсировали в том числе и междугородние автобусы, цены на которые были просто конские. Ну если пассажир настолько отчаянный, насколько богатый — пусть попытает счастья. Скорее всего доедет с гарантией под конвоем брони, утыканной малокалиберными пушками и, наоборот, крупнокалиберными пулеметами.

Когда я выбирал маршрут своего путешествия, я почесал репу и по здравому размышлению от этого пути отказался. По банальной причине — не люблю долго ехать в машине, где-то после полтыщи верст меня можно вынимать из салона нежно-зеленого цвета. А до Питера в четыре раза больше.

Был еще один путь с большим оборотом и приносящий огромную прибыль — речной. Почему на него и наложил лапу Эрик.

По реке плыло все, что было слишком крупным для перевозке по земле. Монстры воду не особо любили, и редко в ней заводились. Однако на каждой барже было по пулемету, а то и по несколько. А на некоторых судах стояли аж списанные бомбометы для глубинных бомб. Избыточно, но с гарантией. Можно и по берегу пострелять в случае необходимости.

Так что можно было спокойно сесть на баржу — тем более, по блату — спокойно проплыть, но… Во-первых, до Санкт-Петербурга плыть минимум две недели. Целых две недели полного и абсолютного безделья. Две недели! Роскошь, которую я не мог себе позволить. Это господа купцы по монаршьему разрешению могли себе позволить запой по «болезни души» два раза в год, чем успешно и занимались в таких вот алкотурах от каспийского моря до белого. Я — нет.

Так что, скрепя сердце, я выбрал самый рискованный, но самый быстрый вариант транспортирования наших с Лами бесценных тушек. Точнее, моей — она-то могла по нижним тропам оказаться в том же Питербурхе за день, преодолев сумасшедшее расстояние почти в две тысячи верст. Но вот только не я. Амулет-слеза, который у меня был, давал не слишком большую зону перемещения, разряжаясь в том мире на глазах. Так что мне, как и любому живому или условно живому этот способ не подходил.

А вот путешествие по воздуху — вполне. Как я уже говорил, авиация в традиционном понимании сошла на нет — из-за сильфов и прочей летающей сволочи, попавшей в этот мир и расплодившейся в невероятном количестве. Причем реакция на авиацию была примерно такой же, как у стаи бродячих собак на машину — бегать за ней, гавкать и стараться укусить за колесо. Это на ту, скорость которой была сравнима с ней, вроде «цессны» или прочих кукурузников. Только в отличие от бродячих собак сильф мог спокойно продырявить своим ужасающим клювом кабину, чтобы полакомиться мяском в собственном соусе.