Со строением дома я был знаком, и не удивился тому факту, что эта массивная дверь, со стопроцентной вероятностью вела в квартиру моего свидетеля. Позеленевший от старости бронзовый номер квартиры, эту догадку тут же подтвердил.

Вот, значит, как, Антон Львович. Долго же ты мне голову морочил. Ну ничего, думаю, скоро мы посчитаемся.

Возвращаясь в отделанный мрамором коридор, я ругал себя за невнимательность. Ведь все эти чёрные ходы и катакомбы, были перед носом долгие годы. А я упорно искал маньяка за пределами дома инженеров и Царского переулка.

В коридоре обнаружилась дыра в стене, оставшаяся от того самого бруска. Находилась она практически на уровне пола. И именно на полу я заметил интересные следы. Несколько капель машинного масла были размазаны, дав понять, что здесь что-то проволокли. Именно в момент волочения, кто-то задел брусок и завалил этажерку из полок, находящуюся в подвале, с другой стороны.

Закончив расследование причины уничтожения запасов варенья, я прошёл по коридору до конца и спустился по лестнице на этаж, находящийся ниже уровня подвала. Здесь имелся ещё один уходящий вдаль коридор. И судя по составленной схеме, он вёл прямиком к тому месту, где когда-то находилась главная проходная комбината.

Я уже догадался, куда приведёт подземный ход, так что не удивился, когда через сотню метров, упёрся в точную копию гермодвери, обнаруженной в катакомбах под комбинатом. До галереи было ещё далеко, так что дверь была не той самой. Но стопроцентное сходство, давало понять, что если её вскрыть и пройти по подземному коридору ещё метров четыреста, то я обнаружу ту самую, ведущую в загадочную галерею.

Осмотревшись, я нашёл источник пролитого масла. Специальная лейка-маслёнка с длинным клювом, стояла у стены. Кроме этого, в углу лежала скомканная тряпка, которой совсем недавно подтирали потёки масла, оставшиеся после заливания им механизмов гермодвери и замочной скважины.

Развернув подозрительную тряпку, я обнаружил, что это женский плащ. После обследования карманов в руках появилась студенческая зачётка, с вложенными внутрь пятидесятидолларовыми купюрами. Развернув корочки и прочитав фамилию студентки, я убедился, что она совпадает с указанной в милицейской ориентировке. Значит, как я и предполагал, бесследно пропавшая в центре Москвы, невдалеке от французского посольства, студентка Щукинского училища, закончила свой жизненный путь именно здесь.

Выходит, я нашёл подземный ход, по которому француженка попала в катакомбы. Правда оставалась загадкой, почему после потери пальцев, она не выбралась по нему же наружу? И куда делось тело московской студентки, чью зачётку я толь что обнаружил?