— Ну и чего же ты Макарушка примолк? Может, теперь расскажешь мне, для кого я свою работу работаю? И для кого я лучше сделал, для вас, не успевших приехать, или для сбежавших москвичей? А может я просто свою задницу прикрывал, чтобы начальство по шее не дало?
Как только грузовик остановился, я вылез и уже хотел уйти, не попрощавшись, но передумал.
— Макар, короче так, предлагаю провести товарищеский матч по футболу. Как раньше делали, между вашей деревенской бандой и нашими микрорайоновскими. На комбинатовском стадионе разрешаю выместить на мне всю злобу, если она у кого ещё осталось. Как только надумаете, заходи в опорник, договоримся о времени проведения встречи. А нашим я сам сообщаю.
Добравшись домой, я ещё раз рассмотрел зачётку пропавшей студентки и пересчитал пятидесятидолларовые купюры. Их было ровно десять. Скорее всего, именно при помощи этих зелёных бумажек, француженка с маньяком, смогли поймать на крючок доверчивую студентку Щукинского училища.
Пятьсот долларов, большие деньги для Советского Союза восьмидесятого года. Конечно, официальный курс — 67 копеек. Но если иметь дело с валютчиками, можно смело умножать пятьсот на восемь или десять. А ещё эту валюту можно обменять у представителей Советских органов власти, на срок от трёх до восемь лет, отсидки в лагере, за валютные спекуляции. Кстати, лагерь — это не самый плохой вариант. Насколько я помню, некоторых, особо злостных валютчиков, советские суды подвели под вышку. Так что эти купюры даже просто хранить дома, очень опасно.
Так что если в квартире будут проводить обыск прямо сейчас, то мне кранты. С этими мыслями я собрал доллары и львиную долю купюр, взятых у фарцовщиков. Затем поступил так, как завещали Советские коррупционеры. Закатал это всё в литровую банку под жестяную крышку. Затем спустился в подвал и зарыв это всё в дальнем углу, присыпал место кучей рухляди.
А когда вернулся домой, начал собираться на опасный выезд, который уже точно никак не избежать.
На этот раз основное внимание уделил оружию. Набил патронами патронташ и принялся пришивать отдельные подсумки прямо к комбинезону. Конечно, я бы сейчас точно не отказался от бронежилета с разгрузкой и укороченного автомата Калашникова, но их у меня в наличии нет.
Закончил приготовление в полпервого ночи, а когда всё сложил в шкаф и собрался лечь спать, в дверь позвонили.
Глава 27 Последние деньки
Как только в дверь позвонили, сразу вспомнилось о Каце. Неужели я переоценил его договороспособность и умение держать язык за зубами? Ведь поездка в Москву, может оказаться банальным сливом информации, Советским компетентным органам.