И, да! Мне это очень интересно. Какого дьявола Валькирия смотрела на мальчишку, будто не ожидала его увидеть? А еще, имелось ощущение, будто тот факт, что она его всё-таки увидела, сильно Смерть напряг.

Вот сейчас, к примеру, когда мы стояли на тропинке, даже ночная темнота, рассеиваемая лишь звёздами и лунным светом, не могла скрыть раздражения Госпожи. А чего бы ей раздражаться на ровном месте? Ну, заладил ученик, как дурачок, одно и то же, так и что? Однако Смерть злилась. Она явно вообще не хотела говорить на тему мальчишки.

— Что за наглость? — Валькирия всплеснула руками, — Мой собственный ученик требует отчета. Роберт, я, наверное, слишком тебя избаловала. Ты совсем потерял связь с реальностью. Перестал понимать, с кем и о чем разговариваешь.

— А вот мне кажется, это нормальный вопрос. Ты отреагировала на пацана так, будто знаешь его.

По большому счету, я мог бы и не упираться с этой темой. Однако она, тема, стала принципиальным моментом.

И дело уже не во Владике. Дело в том, что Смерть мне врет. Я мог бы поклясться в этом на собственной крови. Для некроманта, между прочим, самая сильная клятва.

А для вранья нет причины. Если только, конечно, мальчишка не касается каким-то образом моей персоны или того, что мне предстоит сделать. Потому что в любом другом случае Валькирия не стала бы так нагло и так беспардонно врать. К тому же, ее очевидно раздражала моя настойчивость, как и мои вопросы. Она точно не хочет говорить правду. Подозрительно? Конечно! А в случае со Смертью подозрительно вдвойне.

— Роберт, мы тратим время на какую-то ерунду. А у нас его не так уж много. Ночь, знаешь ли, не бесконечная.

Валькирия развернулась и снова пошла вперед.

— Бла-бла-бла… — Тихо передразнил я Госпожу, глядя ей в спину.

— Я все слышу. — Бросила она через плечо на ходу. — И все вижу. Быстро взял ноги в руки и бегом за мной. До кладбища еще минут десять ходу. А у меня большие планы.

— Конечно, иду, Госпожа!– Ответил я громко, сменив тон на более почтительный, а затем рванул вслед за ней.

Кстати, да. Мы шли на кладбище. Ночью.

Наконец, хоть что-то приятное. Я всегда любил кладбищенскую тишину, молчаливых покойников и мрачную атмосферность погостов. Все это во много раз лучше, чем суетливые людишки с их бесконечными страстями.

Хотя о том, что мы заменим ночной сон на столь замечательное обучение, мне никто не говорил до последнего.

Впрочем, если вспоминать сегодняшний день, более точно сказать, со мной вообще никто не говорил и даже всячески избегал. В данном случае речь, конечно, о Валькирии.