— Прости, хозяин. — Борька опустил башку еще ниже.

— О-о-о-о-о… Как неожиданно. Оказывается, ты не только мычать умеешь. Связная речь тебе тоже доступна.

Борис поднял голову и улыбнулся. Только на этот раз вполне нормальной, человеческой улыбкой. Значит, он полностью контролирует тело. Идеально управляет им. Ну, засранец…

— Шутить изволишь, господин? — Голос у него звучал немного непривычно. Сквозь слова прорывалось еле слышно рычание. Ну, правильно. Злобный дух.

— Дома поговорим об этом. Сейчас нам надо… — Я посмотрел на единственного целого охранника.

Поморщился. Не из-за картины, которая окружала. Вообще нет. Видали и похуже. Меня напрягало присутствие Смерти.

На кладбище я, само собой, испортил эксперимент специально. Не хочу, чтоб Валькирия понимала, на что способен ее ученик. Да, про Борьку она уже в курсе. Но будет лучше, если Госпожа сочтет это случайностью, а не закономерностью. Непременно буду пробовать создавать новых одержимых и стригоев, только без ее участия.

Поэтому я обернулся на стеклянную стену, собираясь проверить, чем она занята. Как только мы вошли в помещение, Смерть сразу метнулась туда, в комнату, которую эта стена отлеляля от остальной территории.

— Твою ж… Великая Тьма! — С чувством высказался я, а потом, в секунду забыв об эксперимете, который так хотела провести Валькирия, кинулся в комнату.

Она была похожа на лабораторию. Голые стены, ничего из мебели. Посередине стояло кресло. В этом кресле сидела девчонка. Лет восемь-девять. Я не видел ее лица, определил чисто по внешнему виду.

Щуплая, небольшого роста, даже, наверное, слишком худая, она застыла, опустив голову вниз. Светлые волосы повисли, закрывая лицо. Именно поэтому я его и не мог рассмотреть. Причем, судя по всему, эти ее волосы раньше выглядели ярче, потому что сейчас они словно выцвели. Кое-где ещё оставался золотистый цвет, но это было похоже на пятна, оставшиеся после того, как с головы смыли краску.

К девчонке, а вернее к ее голове и рукам, крепились различные приблуды. В первом случае это были провода, которые тянулись через всю комнату и заканчивались большой квадратной коробкой. На коробке мигали лампочки и бегали какие-то цифры. Видимо, пресловутая электроника закрытого мира. Во втором — из вен девчонки торчали трубки, по которым медленно, в две небольшие банки, стекала кровь.

— Что за ерунда⁈ — С ходу спросил я Валькирию.

Она стояла возле девочки на коленях и что-то говорила ей прямо в ухо. Однако, судя по безвольно лежащим на подлокотнике рукам, ребенок был в отключке. А это, Великая Тьма, ребенок! Не то, чтоб я очень добр к детям, но их никогда не трогал. Если только прямо не наступал какой-то невообразимый трындец и выбора не было.