Он своим видом напоминал слегка ошалевшую сову, которую разбудили очень неожиданно. Или совы не спят? Да хрен с ней, с совой. В общем, мы с Борисом зашли в комнату и Влад сразу же приподнялся на постели, таращась круглыми глазами то на меня, то на моего слугу. Чуткий сон у пацана, однако. Я бы не сказал, что мы с Борькой сильно много шума производили.

— Утро добрым не бывает. — Хмуро ответил я, промаршировал по комнате и плюхнулся на свою кровать. — К тому же еще не утро. Ночь только заканчивается. Солнышко еще не встало. Это мы, как птички, трудимся, не покладая клювиков. Сядь! Хватит мельтешить. В глазах рябит от твоих метаний.

Последняя фраза предназначалась Борису, который топтался посреди спальни, словно дурачок. Он явно нервничал, потому что многое хотел обсудить. Как минимум, факт его игры в идиота. Скрывался ведь не один день, гад такой.

Всю дорогу, пока мы ехали к школе, Борька скромненько молчал на заднем сидении, стараясь не привлекать внимание Валькирии. Видимо, из-за того, что произошло между ними. Хм… Как двояко это звучит.

Не то, чтоб Борис испытывал чувство вины за тот удар, который нанес Смерти. Ему наоборот это, видимо, очень понравилось. Не каждый день злобный дух имеет возможность отвесить оплеуху Высшей. Сдается мне, если Борис вернется в Тень, он об этом случае расскажет всем. Даже тем, кто слушать не захочет.

Причем удар получился не только физическим, но и моральным. А так расклад гораздо серьёзнее. Самолюбие и спесь Госпожи понесли весьма ощутимый урон. Это факт. Даже если Валькирия не показывает вида, а она, само собой, его не показывает, я знаю это наверняка. Ничего б себе! Ее, могущественную особу, просто словно какую-то муху шлепнули об стену. Хорошо, хоть не прихлопнули. Да еще кто? Неправильный, бракованный одержимый.

Кстати, насколько я знаю Госпожу, и думаю, тут даже не надо уточнять, что знаю я ее хорошо, она такое точно не простит и не забудет. Тактично выждет момент, а потом отыграется за свое унижение.

Уверен, что Борька это тоже прекрасно понимает, а потому и сидел тише воды ниже травы. Мне кажется если бы он мог стать невидимым или слиться с обшивкой сиденья, то сделал бы это обязательно.

А так, вообще, хочу сказать, школа кадетская, вроде бы со строгим уставом, но правила у них — как в увеселительном заведении. Захотели — ушли, захотели — пришли. Мы уезжали, на нас никто не обратил внимания, приехали, такая же ерунда. Правда, сторож, карауливший ворота, при нашем появлении вдруг начал таращиться в пустоту стеклянными глазами и камеры слежения замигали, словно поломались.