Левая рука Дома Черной Луны остановился и покрутил головой по сторонам, пытаясь найти того, кому принадлежал голос.

Возле кустов, за которыми пряталась аллея, ведущая в самую глубь парка, стоял молодой парень. Очередная игрушка госпожи Глок, видимо. Все по классике. Высокий, широкоплечий, судя по черной форме — из личной охраны. Удивительная приверженность одним и тем же вкусам.

— Когда она уже натрахается…– Тихо пробормотал себе под нос Максим Никанорович. — Кошка блудливая…

И, да, это была зависть. Бабе годо́в уже под сраку, а она скачет резвой козочкой. Левая рука Дома Черной Луны лет на двадцать моложе, но у него такого запала нет и в помине.

— Идемте. Вас ждут.– Парень кивнул Максиму Никаноровичу в сторону аллеи.

Тот послушно засеменил следом за провожатым.

Буквально через десять минут Максим Никанорович уже сидел на лавочке, спрятанной за такими густыми зарослями, что возжелай он самостоятельно выбраться обратно, точно заблудится бы. Интересно, откуда Алиса Евгеньевна знает столь потаённые места в общественном парке?

Супруга главы Дома Розы расположилась тут же. Рядышком с Максимом Никаноровичем. Спину держала ровно, на лавочку не облокачивалась, руки, сцепив в замок, сложила на коленочках. Настоящая аристократка, чтоб ее…

Выглядела она, как всегда, потрясающе. Легкий летний костюм, шляпка и перчатки. Туфли, конечно же, на высокой «шпильке». Старая сука…

— Добрый день, Алиса Евгеньевна. — Начал Левая рука Старейшины, ибо уже минут пять они сидели молча.

На его появление Глок не отреагировала вообще никак, хотя Максим Никанорович ждал проявления недовольства и яростных обвинений. Даже после того, как он с кряхтением и сопением устроился на скамье, тишина не нарушилась.

— Думаете, добрый? — Спросила Алиса спокойным, размеренным голосом.

При этом даже головы не повернула. Просто сидела и пялилась вдаль, будто там есть что-то необыкновенно интересное.

Надо отдать должное, лицо она умеет держать просто шикарно. Да уж… Иной раз становится жаль, что наследование идет только по мужской линии.

— Да. Сегодня удивительно хороший день. Вы представить не можете, насколько. Я даже рад, что мы…

— А вот я так не думаю. — Резко перебила его госпожа Глок.– По крайней мере, если он и хорош, то не для вас. Я тут немного озадачилась, Максим Никанорович…

Начало разговора уже вызвало у Левой руки Дома Черной Луны тревогу. Он почувствовал, как мелко начали дрожать ноги.

— Знаете, пять лет — достаточно долгий срок. Все это время я считала вас слишком трусливым, чтоб пойти на крайне рисковые поступки. Например, обмануть меня. Но не так давно вдруг появилась мысль. Что если я недооцениваю вас. Что если вы гораздо глупее, чем кажетесь. За вами следили на протяжении нескольких месяцев. В том числе, в те дни, когда вы писали мне сообщения, будто с обещанным ребенком все хорошо, вы сейчас рядом с ним и со дня на день, наконец, я получу свое. Знаете, что интересно? Не было никакого ребенка. Ни рядом, ни поблизости. Вы врали. И за все время, пока мои люди контролировали ваши передвижения, вообще не было никаких детей. Я даже не хочу думать или предполагать, зачем вы это делали. Потому что более тупого поступка представить сложно. В любом случае, вы понимаете, я не могу оставить все это без ответа. Никто, никогда не будет вести себя со мной подобным образом. Это, знаете ли, вопрос чести.