Что-то не так с этой нянькой. Что-то очень сильно не так…

Еще два года назад, когда она сидела с бастардом в загородном доме, Максим Никанорович уже прекрасно это осознавал. К сожалению, сделать ничего не мог. Поэтому, едва только пацана отправили в кадетский корпус, Левая рука Старейшины с огромным, просто огромнейшим удовольствием сообщил девке, мол, Дом в ее услугах больше не нуждается.

Она безразлично пожала плечами в ответ и испарилась. Не в буквальном, конечно, смысле. Просто ушла.

А теперь, выходит, ушла эта странная, но очень пугающая особа, недалеко. Ровно до кадетского корпуса. Совпадение? Вряд ли.

Да к тому же еще — госпожа библиотекарь⁈ Девка двух слов без мата связать не могла. Выражалась, словно уличная торговка. Нет, то, что тупой она притворялась, Максим Никанорович тоже понял в определённый момент. К сожалению, опять же, это понимание ни на что повлиять не могло. Старейшина сам периодически катался в загородный дом, те́ша надежду все-таки поиметь няньку. Удивительная робость для Матвея Ивановича. Прежде его абсолютно не интересовало мнение женщин в данном вопросе, если ему самому чего-то хотелось.

Потом, к счастью, Совет вынудил Дом Черной Луны отправить бастарда в кадетский корпус. Слишком большую шумиху наделала история с его появлением. Особенно, нападение на няньку. Пока Марину, истекающую кровью, забрали врачи, журналюги, сволочи, успели подсуетиться. Да потом еще и прислуга внезапно разговорилась.

В общем, уничтожить проблему уже не представлялось возможным, а вот убрать ее с глаз долой, чтоб о ней забыли — вполне. Ну и, конечно, продолжала бесноваться Машка. Это вторая причина.

В общем, в тот день, когда Максим Никанорович отвез пацана в имперскую школу, он искренне верил, что это — все. Конец. А госпоже Глок врал столь долго лишь по одной причине — боялся. До одури боялся, что та, не получив обещанного, разозлится и сдаст Левую руку Старейшине.

А теперь все снова налаживается. Раз пацан в разуме и скрывает это, значит, Максим Никанорович с самого начала был прав. Вся та история с внезапным идиотизмом — одно большое дурилово. И состряпала его белобрысая дрянь. Теперь в этом нет ни малейшего сомнения. Не просто так девка оказалась рядом с бастардом в кадетской школе. К тому же изображает из себя того, кем не является.

Да, Максим Никанорович ни слова не сказал Левину, что «царь-то ненастоящий». Не сказал, что девка эта такой же библиотекарь, как Петька-ирод танцор. Но утаил он информацию только из соображения своих интересов.

— Максим Никанорович…