Товарищ Григорян снова вспомнила обо мне, развернулась с доброй улыбкой на лице. Теперь я в полной мере осознал реакцию Шпынько на ласковое обращение высокого начальства.

— Егор Александрович, дорогой вы мой товарищ… — проворковала Григорян.

От этого воркования у меня волосы на руках стали дыбом, а Ниночка еще сильнее втянула голову в плечи, стараясь стать как можно незаметней. Зато Тамара Григорьевна с довольной улыбкой что-то уверенно строчила с своем блокноте.

— Егор Александрович, необходимо в короткие сроки помочь коллегам уяснить суть мероприятия. С целями и задачами, с обоснованием и прочим, думаю, вам с удовольствием поможет Зоя Аркадьевна.

— Конечно, Аделаида Артуровна, — закивала Шпынько, делая пометку в бумагах.

У меня в голове зазвучала переделанная строчка из некогда популярной песенки из будущего «Круто ты попал в передряг, ты звезда, ну держись…» События набирали оборот и я никак не мог остановить снежный ком, брошенный тяжелой рукой товарища Григорян.

— Товарищи! — Аделаида строго на нас посмотрела. — Седьмое ноября отнюдь не з горами, кто бы что там себе не думал по этому поводу.

Отчего-то Григорян при этом посмотрела на Нину Валентиновну. Девушка вздрогнула, но головы не подняла.

— Готовиться нужно уже сейчас! Торжественные линейки, посвященные Великому Октябрю, пройдут во всех школах. И во всех школах, я подчеркиваю, во всех! Мероприятия необходимо вывести на принципиально новый уровень. Качественный! Коммунистический! Высокий!

— Жаркие, зимние, твои, — проворчал я себе под нос.

— Вы что-то желаете добавить, товарищ Зверев? — обратилась ко мне Григорян.

— Ничего, — заверил я даму.

— Хорошо. Так вот для того, чтобы в школах празднование Октября прошло достойно с высоким образовательно-познавательным эффектом, в правильном русле, товарищ Зверев обязан поделиться с коллегами новыми тенденциям в образовательных мероприятиях.

Я посмотрел на директора, Юрий Ильич одобряюще мне кивнул и произнес:

— Надо, значит, сделаем. На какое число назначено совещание?

— Об этом вам сообщат, товарищ Свиридов, — довольно произнесла Григорян. — Вы уже начали готовиться? — поинтересовалась Аделаида Артуровна, почему-то при этом посмотрела ни на завуча, ни на директора, а именно на меня. Благосклонно.

От ее благодушной улыбки у меня свело челюсти. Кажется, я не просто попал. Я попал в любимчики к номенклатурной акуле. Вот уж правда, никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь.

— Я? — переспросил у Григорян. — К чему?

Брови Аделаиды Артуровны стремительно поползли на лоб. Зоя Аркадьевна едва не зашипела как змея. Положение спас директор.