— Петро, — негромко обратился я к Рыжему.- Извинись перед пацаном и свободен.

— А если нет то что? — оскалился Петр.

— Будет как на речке, — я растянул губы в холодной улыбке.

Рыжей скривился, зыркнул по сторонам, убедился, сто сотоварищи не желают продолжения банкета, в смысле драки, цыкнул, окатил Свирюгина и девочек презрительным взглядом и процедил сквозь зубы:

— Нормальная у тебя мамка… Нечета некоторым… — бросил на меня хмурый взгляд и нехотя добавил. — Извини, пацан… перебрал.

Было непонятно, за что Рыжий извинялся, то ли за то, что нанес оскорбление матери Свирюгина, то ли за то, что перебрал.

Я глянул на Володю. Мальчишка молчал, затем кивнул, развернулся и попытался уйти.

— Свободны, — кинул Рыжему и его гоп-компании.

— Да пошел ты… — буркнул в ответ Петро. — Пошли отсюда…

— Дык куда?

— К Зинке…

Мужички засуетились, засобирались. Компания нетрезвой походкой покинула приклубную территорию. Вскоре на пятачке для разборок остался только я и мой десятый класс. «Чую, эта шайка местных не угомонится. Еще схлестнёмся», — мелькнула мысль, когда я провожал взглядом избитых дебоширов.

— Ребята, вы как? — поинтересовался у школьников, подходя к своим архаровцам.

— Нормально.

— Егор Александрович, как вы их!

— Все путем!

— Володя! Володь! Ну, ты чего? — причитала Лена Верещагина, дергая Свирюгина за рукав.

— Да пьян он! — авторитетно заявила Даша Светлова, внезапно выныривая из темноты.

Я оценивающе на нее глянул, девчонка с вызовом встретила мой взгляд.

— Наши в клубе. Никто ничего, — сказала Светлова всем.

«Похоже, у моего десятого класса четко налажена система слежения и поддержки друг друга, — отметил про себя. — Ну-ну».

— Его домой надо!

— Егор Александрович, мы пойдем? — обратился ко мне Федька Швец.

Парни и девочки выжидательно на меня уставились.

— Нет! — неожиданно громко и четко заявил Свирюгин. — Домой не пойду.

— Вов, ну ты чего? — заговорила Лена, взволнованно заглядывая в Вовкино лицо. — Ну, хочешь вместе пойдем, я тебя провожу.

— Тили-тили-тесто. — начал кто-то из наших, раздался звук звонкой затрещины, короткое возмущение, голос затих.

— Вов, ну Вов! Володичка! — в голосе Верещагиной послышались слезы.

— Так, домой ты не хочешь, верно? — подключился я.

— Не пойду, — кивнул Свирюгин и его снов повело.

Вот теперь я видел, парень действительно пьян. Видимо, пошел откат после ссоры и драки, десятиклассник стремительно выходил из строя. Хотя по голосу и поведению не сказал бы, Владимир надрался в слюни.

— Где ж ты так нажрался, любезный? — пробормотал я себе под нос. — Вот что, пойдем-ка со мной.