Даша Светлова с удовольствием доложила, что Володя сбежал с последних двух уроков, а вот куда — неизвестно.

Парни нехотя поведали, что Вовка с отцом не помирился. Причем только тогда признались, когда я на них надавил, задав прямой вопрос в надежде получить такой же прямой ответ.

У Лены Верещагиной тоже не оказалось никакой информации, только заплаканные глаза. Из коротких реплик, нечаянно высказанных, догадался, что девушка поссорилась со Свирюгиным и теперь сильно переживет из-за этого.

Своих архаровцев я собрал после уроков, успел поймать до звонка. Недовольно ворча, десятый класс расселся по своим местам. Впрочем, девочки и парни несильно удивились тому, что новый учитель, мало знакомый с сельскими жителями, утром оказался в курсе семейных проблем Свирюгина.

— Куда он мог пойти? — настойчиво допытывался я.

Десятый класс мялся, прятал глаза, отшучивался. Я прекрасно видел, что ребята знают, куда Володя отправился досыпать, но пацаны молчали, как партизаны на допросе.

В конце концов, я воззвал к совести парней.

— Ребята, вы поймите, Володе нужно помочь и кроме нас с вами, насколько я понимаю, ему больше некому помочь.

— Да что с ним станется, — проворчал Федька Швец. — За него председатель впишется. Все путем будет. Не суетитесь, Егор Александрович.

— Федька, ну ты совсем ку-ку, — возмутилась Даша Светлова. — Думай, с кем говоришь!

— Извините, Егор Александрович, — буркнул Швец, сердито зыркнув в сторону Дарьи.

— Федор, у тебя есть мечта? — пряча улыбку, серьезным тоном неожиданно поинтересовался я у парня.

— Чего? — опешил парень.

— Мечта у тебя есть? О чем ты мечтаешь? — повторил я.

— Космонавтом стать, — пошутил кто-то из парней, я не разобрал кто, еще не до конца опознавал по голосам.

Класс дружно рассмеялся.

— Таких не берут в космонавты, — поддел друга Горка Волков.

— Таких — это каких таких? — тут же полез в бутылку Швец.

— А вот таких, которые Пушкина наизусть выучит не могут! — заржал Горка.

— Это кто не может? Это я не могу? — взъярился Федор. — А сам-то! Девять на девять помножить не можешь! Неуч! Егор, вы за лето растеряли остатки знаний, как не стыдно, — пропищал Швец, очень удачно изобразив учительницу математики.

— Че это не могу! — слегка покраснел Волков. — Ну, забыл малость! Подумаешь! Кому она нужна, эта математика!

— Да ты…

— Так, стоп! — остановил я разгорающуюся склоку. — О пользе математике поговорим на следующем классном часе. На повестке дня Володя Свирюгин. Вопрос один: как помочь парню? И я повторяю свой вопрос, Федор: у тебя есть мечта? — я вернулся к разговору, который начал до того, как сцепились между собой Егор волков и Федя Швец.