Что удивительно, и в этом начинании меня активно поддерживала Аделаида Артуровна. Я все больше размышлял: на кой-товарищу куратору это надо? И все больше приходил к выводу, что наверху грядут какие-то перемены, и товарищ Григорян как никто другой чувствовала ветер перемен и старалась не упустить ни одной возможности. Что-то такое утверждала и Баринова, когда пыталась сманить меня обратно в Москву, сулила перспективы и быстрый карьерный рост.
Кстати сказать, товарищ Третьяков дело о диверсии не оставил. Не зря про парторга по селу ходили слухи, что хватка у него бульдожья. И если Виктор Лаврентьевич за что-то ухватится, то уж будьте уверены, из рук своих не выпустит, доведет дело до конца, невзирая на личности и статусы.
В результате Рыжий присел на восемь лет по статье о вредительстве. В процессе разбирательства товарищ парторг зацепил и некоторые верхушки власти по району и области. Началась проверка деятельности товарища Лиходеда. Так что от Володи Свирюгина Семен Семенович отстал. Но отчего-то во всех своих проблемах винил меня, о чем добрые люди мне донесли. Я выслушал, поблагодарил за проявленную инициативу и больше к этому вопросу не возвращался.
Забегая вперед, скажу одно: Лиходеда сняли с должности. Товарищ Третьяков вскрыл целую цепь махинаторства, которая терялась где-то уж совсем в верхах. Да так высоко, что нашего парторга тоже едва не упекли за излишнюю инициативность. Но Виктор Лаврентьевич выстоял. Что еще больше убедило односельчан в его непотопляемости и в том, что он непростой парторг, а чуть ли не глава советской разведки под прикрытием. Вопрос что делать начальнику разведки в сибирской глубинке отчего-то никому не пришел в голову.
Над последней версией я искренне посмеялся. По мне, так парторг из тех людей старой закалки, которые могут долго идти по следу, распутывая петли, но уж если вышли на прямую, то доведут дело до конца, отыскав неопровержимые доказательства.
Елизавета Баринова спустя время написала мне письмо, в котором высказала претензии, что из-за меня дела у ее родителей омрачились неприятностями, а лично ей вынесли выговор с занесением в личное дело. Отвечать я не стал. Если девушка так ничего и не поняла на месте, то бесполезно объяснять что-то в письменной форме. У таких, как Лиза, за все неудачи и неурядицы всегда виноват кто-то другой, но не они сами. Куда проще переложить ответственность за собственные поступки на другого человека, чем подумать: почему так получилось? Что я сделал неправильно?
И вот наступил торжественный день — утро Дня Победы. Сбор всех, кто желал пройти с портретами своих героев-фронтовиков, назначили возле школы. Народ начал стекаться к воротам с восьми утра.