— Ну, ты даешь Егор, — хохотнул Григорий. — Все село уже в курсе, что к тебе невеста приехала. Бабы судачат, что ты в Москве ребёночка оставил, потому невеста и примчалась за тобой, уговаривать, зайчат, дать сыну отчество и фамилию, и вообще… — физрук неопределённо хмыкнул.

— Что «вообще»? — переспросил я, тихо офигевая от новостей.

— Ну…еще говорят, она на тебя жалобу накатала в комсомольскую ячейку, так, мол, и так, поматросил и бросил, оставил с дитем, проведите собрание, наставьте на путь истинный, чтоб, значит ячейка общества создалась, и сын без отца не рос, — поделился Гришаня последними сельскими новостями, удерживая на лице серьезное выражение.

— Что за мыльная опера, — буркнул я себе под нос, переваривая местные сплетни.

— Чего? — изумился Гришаня. — Какая опера? Разве опера бывает мыльной? Я-то правда и не мыльную ни разу не видал… только читал… ну, не читал… — смутился Григорий. — Училка наша по музыке рассказывала… А почему мыльная-то? Они там что… мылятся все время? — задумчиво закончил физрук, хмуря брови.

— Не бери в голову… — отмахнулся я. — Мыльная — это когда много серий, и все об одном и том же…. — попытался объяснить товарищу.

— Это где же такое показывают? — еще больше удивился Борода. Я думал, опера — это когда много поют… Нам училка ставила… скучно… до зубовного скрежета… воют воют… — поделился Гришаня.

Я усмехнулся: да уж, не выйдет из Григорий ценителя великих арий и прочих музыкальных произведений.

— Не бери в голову, — повторил еще раз. — Это в Москве у нас… экспериментальное телевидение… успеха не снискало у народа, прикрыли лавочку.

— А, так оно и понятно… — понятливо закивал Гриша. — Кому ж охота столько серий смотреть про одно и то же. А сколько серий-то? Если к примеру, три или там пять, то еще можно посмотреть.

— Бери выше, от ста и больше, — машинально ответил я. — Слушай, а с чего наши женщины решили, что у Лизы от меня ребенок? — задал интересующий меня вопрос.

— Сто? Ну, это ты прав, кому такое надо… помрешь. Пока досмотришь… — покачал головой физрук. — Так, а чего им брать-то? Из головы, конечно. Одна баба сказала, другая подхватила, своего добавила. К вечеру тебя уже женят не переживай, — хохотнул Борода. — Ну, бывай, пойду я, — внезапно выпалил Гришаня протягивая мне ладонь.

— Ну… бывай, — удивился я, пожимая руку. Разговор закончился как-то неожиданно резко. — Все в порядке? — уточнил на всякий случай.

— Нормально, — подтвердил Борода младший. — До завтрева, — и скрылся в калитке.

— Ну до завтра, так до завтра. Гриш, помощь если нужна, ты заходи, я через полчаса дома буду, — крикну все-таки через невысокий забор.