Видимо, тут нужно соблюсти какие-то формальности, чтобы прикончить человека. Ценная информация, буду знать.
Но как же я люблю, когда денежки сами идут ко мне в руки!
Глава пятнадцатая. Грабежи и убийства
*Конфедеративные Штаты Америки, Техас, г. Декейтер,14 апреля 1864 года*
— Жаль, что ты нищий, — оценивающе посмотрел на меня главарь современных братков, акцентировав своё внимание на моём револьвере. — Но хотя бы оправдаю потраченный на тебя патрон.
Ха-ха.
— Стреляем по сигналу Эрни, — сказал главарь.
Бармен вышел в честь такого события на улицу и зачем-то взял в руки свои карманные часы.
— Начали! — воскликнул он, отмерив какое-то время.
Грах! — громко хрипнул мой револьвер.
У «братка» пропал левый глаз, а также ковбойская шляпа и затылочная часть черепа с определённым количеством мозговой ткани. Безоболочечные пули — это херов кошмар.
Поместил револьвер в кобуру и посмотрел на «парней» покойника.
— Хули смотрите? — спросил я у них грозно. — Понравился?
Эти двое развернулись и направились прочь. Ой-ой-ой, так не пойдёт.
— Стоять! — крикнул я им в спину, вновь извлекая револьвер. — Это ограбление! Оружие и патронташи на землю, всю наличку туда же, живо, иначе прикончу вас как собак паршивых!
Им такой расклад явно не понравился, они напряглись, я буквально почувствовал, что они собираются сделать какую-то дерзость мне в ответ.
Они развернулись. Вот рука одного из них начала медленно опускаться к револьверу, а второй резко выхватил свой. Ну как резко...
Выстрел. Выстрел.
— Вот и всё... — сказал я, опуская дымящийся револьвер в кобуру.
Ограбление трупов — дело хлопотное, но нужное.
Так я обзавёлся тремя револьверами Кольт Арми 1860, свеженькая модель, можно сказать, а также приличной суммой денег и патронташами. А ещё мне понравилась шляпа одного из прихлебателей первого покойника, поэтому я забрал её себе. Да-а-а... Триста баксов — это же целое состояние!
Москва меняет людей... Тьфу ты! Фронтир меняет людей...
Под немыми взорами очевидцев, я вернулся обратно в салун и уселся за барную стойку.
— Передай-ка мне эти три рюмочки, — попросил я Эрнест, который как ни в чём не бывало встал за свою стойку.
Бармен подвинул ко мне упомянутые рюмки.
— За счёт заведения, — сказал он.
— Бесплатно не пью, — положил я на стол тридцать центов из трофейных средств.
Эрнест не стал спорить и сгрёб копейки.
— Куда смотрел шериф и почему мне вообще позволили убить троих случайных людей? — задал я животрепещущий вопрос.
— Мистер... — вошёл в салун дядечка в старом и поношенном костюме со старомодным колпаком на голове.