— Привет, председатель, — по-простому поприветствовал меня отец Серафим, — садись… водку будешь?
— Я вчера много выпил, — скромно отказался я, — так что сегодня надо бы перерывчик сделать.
— Не буду настаивать, — он убрал Распутина обратно в шкаф и продолжил, — позвал я тебя вот зачем, сын мой…
Тут он сделал длинную паузу, почти, как во МХАТе, во время которой переместился к окну, выходящему на наш дом и на реку.
— Вот зачем… — повторил он, — Матвея вчера зарезали в Улан-Уде… тело привезут через неделю… это первая новость.
Я сидел тихо, как мышь под веником, зачем высовываться, когда и так все скажут.
— А вторая новость заключается в том, что твои бандиты из Щербинок нам оказались не по зубам. Поэтому наша сделка расторгается…
— Что, такие крутые оказались? — не выдержал уже я, — у Лысого Джо прихваты оказались прихватистее?
— Да, примерно так, — тяжело вздохнул Серафим, — поэтому разбирайся с ним сам… я бы тебе посоветовал отдать, сколько он там просит, и забыть про него.
— Кришнаитов, стало быть, тоже можно не трогать? — справился я, — а я уже было начал проводить мероприятия… со старшим, например, познакомился.
— С Лимоновым что ли? Ну и как тебе этот старший кришнаит?
Глава 9
— Нормальный чувак, — пожал плечами я, — на идее ни разу не сдвинут, вменяем, договориться можно было бы… тем более, что я с ним, как оказалось, года три работал в одном отделе.
— Понятно… — Серафим вернулся от окна к столу и сел напротив меня, — мне очень жаль, парень, что все так нескладно вышло, но как говорится — человек предполагает, а бог располагает.
— Да я понял, батюшка, — поднялся я со своего кресла, — пойду решать вопросы с Лысым Джо… а не то он за меня их решит, верно?
На это мне Серафим совсем уже ничего не ответил, поэтому я просто встал и вышел на свежий воздух. Погоды стояли изумительные, на деревьях пробивалась первая листва, птички пели на разные голоса, а на реке заканчивался ледоход. Возвращаться решил опять через Монастырский съезд, так ближе было, чем через площадь. И проходя мимо особняка в четыре этажа (последняя очередь нашего многострадального МЖК, достроенная, к сожалению, уже в эпоху первоначального накопления капитала), вспомнил про подземный ход, которым я спасался недавно от бандитов. Делать сейчас все равно нечего, решил я, давай-ка мы обследуем это дело по-настоящему, а то в предыдущих случаях все как-то рывками получалось.
Вход с Монастырки в него был прикрыт досками и каким-то дополнительным хламом, я даже не сразу и обнаружил-то его. Убрал доски, за ними образовался аккуратный спуск вниз в виде кирпичной лесенки из десяти ступеней. Ну пошли, Сергуня, помолясь — сказал я сам себе.