Глава 5
Больничка
Ничего я этому Лимонову отвечать определенно не стал, отделался круглыми словами, в нашем институте такому общению быстро учатся. Когда что-то вроде бы говоришь, но ничего конкретного собеседник вынести из этого не может. Влад быстро сдался и отпустил меня с богом… с Харей-Кришной, то есть. А я решил, что насегодня приключений достаточно, поднялся на свой этаж, принял душ и тупо лег спать, времени на часах уже почти десять вечера было.
А утром уже начал действовать по сформулированной вчера еще программе — двух звонков хватило, чтобы узнать, где лежит травмированный вчера пенсионер Пантелеев. Их всего две штуки у нас в районе, травматологий, он оказался во второй по счету, на Семашко, практически рядом с институтом. Завел несчастливый Санни, с пол-оборота, кстати, схватывает, не как у наших Жигулей, и выдвинулся на улицу имени первого наркома здравоохранения советской власти. Который наряду с Луначарским счастливо избежал как советских чисток, так и административного ража постсоветских властей, убравшего с карт имена Дзержинского, например, Жданова и Свердлова.
Семашко была старинной улочкой совсем недалеко от центральной площади города, половина домов здесь стояли даже деревянные, но городская клиническая больница с травматологическим отделением была каменной. Если не ошибаюсь, раньше тут числился детский приют.
В приемном покое выяснил, где лежит товарищ Пантелеев, а потом бочком-бочком протиснулся на его третий этаж, в палату 307, благо порядки тут были такие же, как и при советской власти — всем всё по барабану было. Я его в принципе сразу вычислил — трое остальных пациентов явно на пенсионеров не тянули. Поздоровался и приступил к переговорам.
— Здравствуйте, Семен Сергеевич, — так начал я общение с ним.
— Ты кто? — уставился он на меня.
— Сергеем меня зовут, фамилия Новак.
— Понял, — кивнул он, — ты тот самый водитель, который на меня наехал, менты про тебя говорили.
— Не совсем так, Семен Сергеевич, — вежливо продолжил я, — машину у меня угнали на тот момент, так что за рулем был не я.
— А чего ж пришел тогда?
— Договориться полюбовно, так сказать, — скорчил я скорбную физиономию, — потому что доказывать свою невиновность нашей милиции — это сами знаете, как… что у вас со здоровьем-то, Семен Сергеевич?
— Нога вот в гипсе, — показал он, — а сотрясение не подтвердилось. Значит, договориться хочешь? — хитро прищурился он.
— Так точно, хочу…
— Ну давай договоримся, — Пантелеев оглядел своих соседей и взял с тумбочки записную книжку с ручкой, — давай так будем договариваться, — и он быстро написал там сумму и протянул книжку мне.