Пейджер провибрировал через пару часов, в течение которых я успел написать половину авторского листа во второй том саги о потеряшках на Курилах… дошел до момента, где Дымок убивает одного из членов хвостовой части самолета. Сохранился и посмотрел, что там написано на экране Вессолинка… все оказалось значительно сложнее, чем я думал, текст был такой — «если хочешь узнать, что случилось с Костей, выходи в десять вечера к Казанскому вокзалу».

Мда… я побарабанил пальцами по столешнице, почесал голову сначала слева, потом справа, но так и не пришел к однозначному выводу, кто это писал и с какой целью. Лимонычу что ли позвонить, подумал я, но в итоге пришел к мысли, что его беспокоить без достаточных оснований не стоит, а вот узнать, кто и зачем меня дернул к вокзалу, в принципе было бы верным решением.

Решил доехать до указанного места на машине — гаишников у нас на Черняховского отродясь не водилось, а механическое транспортное средство в случае чего не помешает.

Чапаев

Вообще-то девичье его название было Ромодановский — по имени поселка Ромоданово где-то в Мордовии, а может в Чувашии. Но при советской власти его сначала переименовали в честь города, куда шла эта ветка, а затем после постройки моста через Реку, в 66-м кажется году, когда поезда на юг спокойно стали уходить с главного городского вокзала, эта постройка стала ненужной. Еще лет 7–8 она таки прослужила, но после очередного оползня, они тут у нас регулярно случаются, ветку решили не восстанавливать, а вокзал закрыть за ненадобностью.

Еще лет 5–6 в нем функционировал ресторан, очень неплохой по свидетельствам старожилов, но в перестройку его таки полностью закрыли и обнесли забором. В таком виде он и просуществовал вплоть до нынешнего 1994 года… я затормозил на площади имени героя Чапаева (при чем тут к нашему городу герой анекдотов Василий Иванович, я так никогда и не выяснил), закрыл машину и вышел на набережную, отделенную от вокзала дорогой и забором из радикально-синего профнастила.

Справа виднелась наша Черняховская и остатки бывшего мукомольного завода купца Башкирова, слева по окончании руин вокзала начиналась чахлая растительность вплоть до бывшей водокачки купца Бугрова, тоже лежащей в развалинах. А прямо впереди несла свои воды Река, впадающая в Каспийское море через пару тысяч километров. Тишина стояла такая, что ее можно было резать на куски и раскладывать на блюда…

Я прошелся туда-сюда вдоль забора, никого не увидел и подумывал, не закурить ли мне от нечего делать. Но сделать этого не успел — не с Черняховского, а с проселочной дороги из кустов американского клена с жутким ревом вырулил джип типа Хаммер (ей-богу не вру, Хаммер Н2, если не ошибаюсь), подрулил прямо ко мне и затормозил с проскальзыванием шин по остаткам асфальта.