Ждать пришлось долго, продрогнув, Булат даже подумал, не вернуться ли ему позже.

Бойкая старушка, уйдя в недра подъезда, пробыла там минут тридцать, примерно столько же и женщина помоложе, лишь мужчина порадовал, вышел минут через пять.

Подошла очередь Булата.

Квартира Лены располагалась на первом этаже.

Чёрная табличка с золотыми фигурными буквами гласила:

«Бойкова Елена Николаевна – медиум».

При виде таблички у Булата мелькнула осторожная мысль:

«А что если именно медиум является источником бед? Тут надо оглядеться…»

Дверь оказалась не заперта, Булат шагнул в коридор, и сразу ему на встречу вышла девушка лет тридцати, совсем обычная каких много вокруг, только большие глаза придавали хозяйке немного удивлённый вид.

– Здравствуйте, обувь снимайте и проходите, – сказал девушка.

Следуя за хозяйкой, Булат попал в странную комнату.

Широкое квадратное окно заклеено чёрной плёнкой, посреди комнаты окружённый горсткой стульев массивный круглый стол, на столе подсвечник с тремя зажжёнными свечами, ни шкафов вдоль стен, ни штор на окне, абсолютно голая комната. Пламя над свечами плясало и отбрасывало причудливые тени на стенах.

– Присаживайтесь, – Лена указала на стул.

Булат сел на хлипкий скрипучий стул, хозяйка расположилась напротив него, теперь их разделял большой круг стола, лицо Лены то отступало в тень, то выхватывалось дрожащим светом пламени.

Пока Лена ждала, что он скажет, Булат решил сходу врубить сканер и быстро завладеть её сознанием.

Мысли девушки удивительно легко поддались, образ Демида выплыл из недр сознания, но внезапно за этим образом, чёрной непроницаемой стеной, поднялась тьма.

Склизкая холодная темнота навалилась на Булата…

Ему вдруг показалось, что не хватает воздуха, сердце бешено заколотилось в груди, какой-то невидимый многотонный груз придавил плечи, и мысленная связь с медиумом прервалась.

Глаза медиума закатились, губы судорожно скривились.

– Зачем явился подмастерье? – из уст Лены вырывался грубый мужской голос.

Булат пытался собраться, противостоять, вырваться из холодной склизкой тьмы, которая схватила его.

– Не суйся в чужие дела, – Лена с закатившимися глазами продолжала говорить грубым мужским голосом и от этого становилось ещё более жутко.

Её пальцы со скрипом поползли по столу, оставляя на тёмном дереве светлые полосы, из-под ногтей проступили капельки крови.

– Убирайся! – рыкнула Лена и качнулась к Булату.

Какие-то невидимые мохнатые, но очень сильные руки схватили Булата за горло.

Он попытался подняться, но его нога подогнулась, тело рухнуло обратно, стул под ним опрокинулся и Булат полетел на пол.