— Соломоныч, ты следи за пацаном, не хватало, чтобы его завалили. Я уже планы строю, как на воле кайфовать буду, — сказав это, блатной авторитет поспешил присоединиться к атакующим штаб.

— Что-то Антоха куда-то подевался, — сказал старый коммерс и тревожно посмотрел в сторону штаба. — Надеюсь, хватило ума в гущу не лезть.

Мы подошли немного ближе к зданию, чтобы лучше видеть, но при этом достаточно далеко для поражения шальным арбалетным болтом. Я смотрел на штурм и испытывал двойственные ощущения: с одной стороны, мне было стыдно отсиживаться в стороне, когда, по сути, за меня гибли люди, но с другой — мне была настолько неприятна эта резня, что окунаться в неё с головой категорически не хотелось.

Так я и стоял, отгоняя от себя волны рефлексии, как защитники красного штаба отгоняли наших товарищей по временной коалиции. Примерно через пятнадцать минут накал стал спадать. Третий навал закончился так же грустно и безуспешно, как и два первых. Совсем уж рисковать жизнью никто не хотел, а вполсилы штаб взять не получалось.

— Не нравится мне всё это, — Соломоныч посмотрел на восток, где вот-вот должны были показаться первые солнечные лучи. — Мы так здесь до вечера будем торчать. Дурацкую дверь выбить не могут! Ну реально цирк!

— Она же бронированная, — попытался я защитить наших бойцов. — И таран фиг подтянешь. Стреляют!

— Ну тогда в окна надо лезть! — распалялся коммерс. — Сейчас солнце взойдёт, мы отсюда хрен свалим!

Я от бессилия развёл руки и тут же со злости хлопнул себя ладонями по бёдрам. Правая ладонь ударила по лежащей в кармане брюк гранате. От этого стало ещё обиднее. Вроде бы вот он, прямо в кармане лежал пропуск в штаб красных, но шансов, чтобы его использовать, не было. Или…

Неожиданная мысль пронзила меня, словно электрический разряд.

— Я сейчас! — безо всяких объяснений я помчался в сторону штаба.

Некоторые наши ребята ещё пытались вяло атаковать, но большинство уже отошло и переводило дыхание на безопасном от арбалетных болтов расстоянии.

— Генрих, — выпалил я, подбежав к партнёру по коалиции. — Собери всех, у кого есть гранаты, пусть отдадут их мне!

— Ты что хочешь делать? — поинтересовался блатной авторитет.

— То же, что и все вы! Хочу быстрее разнести этот уродский штаб и свалить с Точки! Но это не всё! Помоги мне ещё! Просто побудь рядом и поддержи!

— В чём?

— Увидишь!

Генрих кивнул, и мы пошли к бойцам. Я внимательно разглядывал каждого из своих вынужденных союзников. Кто-то выглядел как обычный урка, вооружённый длинным штырём, на ком-то были самодельные доспехи. Я выбрал одного паренька, на голове у которого был здоровенный шлем наподобие тевтонского, скорее всего, явно неудобный, но внешне выглядевший эффектно. Для реконструкции исторических боёв самое то, но вот для реального сражения вещь крайне неудобная. Но мне нужен был именно такой.