— Ты как? — тихо спросил я, глядя ей в глаза.
— Лучше… намного лучше…
Более удобного момента, чтобы уйти, было не придумать. Я крепко по-дружески обнял Катю и… обнаружил в своих объятиях не железную девчонку, а нежное, хрупкое создание, какое-то непривычно податливое. От неожиданности я застыл, не разжав объятий.
Катя осторожно взяла мою ладонь и, подняв её, прижала к своей щеке. Я ощутил её бархатную кожу, на которой ещё не высохли слёзы. Осторожно, максимально нежно, я вытер последнюю запоздалую слезинку с её щеки. Проводя ладонью по Катиному лицу, я случайно коснулся пальцами её губ. В этот момент она ещё сильнее сжала мою ладонь и прижала её к губам. Я почувствовал кожей Катино горячее дыхание и убрал руку от её лица. Но вот только взгляд оторвать я уже не мог. Её заплаканные, но горящие глаза, приоткрытые чувственные губы и обжигающее дыхание однозначно мне намекали на то, что время для красивого ухода я упустил. Но главное, уходить мне совершенно не хотелось.
Я поцеловал Катю, повинуясь самому естественному позыву на свете. Она прильнула ко мне всем телом и обхватила меня руками так сильно, словно я мог ещё передумать и уйти. Но я бы уже не ушёл ни за что на свете. Голова выключилась, и я был этому рад невероятно.
Неожиданно Катя отпрянула от меня и посмотрела мне прямо в глаза.
— Ты ведь мог уйти, Макс! Ты должен был уйти!
Не успел я ничего ответить, как она вновь обхватила меня и впилась своими горячими губами в мои губы. И я понял, что разговоры на сегодня закончены. Возможно, Катя в глубине души и была самураем, возможно, даже суровым и безжалостным, но очень уж лёгким. Я не преминул этим моментом воспользоваться, подхватил девушку на руки и унёс на кровать.
Глава 17
Я проснулся от какого-то неизвестного шума. Резко вскочил и начал озираться по сторонам, приходя в себя после сна. В комнате было темно, видимо, ещё даже не рассвело. Звук повторился, он шёл из ванной, я прислушался, услышал шум воды и понял: это мой персональный самурай принимал душ и чем-то гремел. Я успокоился и завалился на кровать, чтобы с наслаждением потянуться и проснуться-таки по-настоящему.
Нельзя сказать, что мы с Катей ночью спали, но тем не менее чувствовал я себя отдохнувшим. Я старался как можно дольше продержаться в таком блаженном расслабленном состоянии, так как понимал, что произошедшее ночью потребует от меня последующего серьёзного умственного напряжения.
Надо было проанализировать случившееся и выстроить хоть какие-то планы на будущее с учётом неожиданно изменившихся обстоятельств. Как человек в таких делах серьёзный, я однозначно нуждался в анализе ситуации. Однако так хотелось хоть какое-то время просто поваляться на кровати и ни о чём не думать.