— Клоун! — презрительно бросила она и направилась к своему месту.

История КПСС была одним из тех предметов, что являлись хоть и не профильными, но обязательными для изучения. Его можно было бы окрестить «сон-час», если б не «зверюга Грачёв», по слухам бывший инструктор обкома партии, сосланный в преподаватели за какие-то прегрешения. Ходили слухи, что один из заочников в сердцах обозвал его троцкистом, за что потом сдавал экзамен по предмету аж целой комиссии.

Конечно, мне это в конце концов не грозило.

К двум часам пары закончились. Я поспешил на остановку «Цирк», благо она была рядом. Блондинка Светка, в белом легком платьице-сарафанчике, вся такая воздушная, радостно помахала мне рукой. Сзади фыркнула Валентина, которая, как оказалось, шла за мной следом.

— Ремонт у него, — презрительно бросила она, ни к кому не обращаясь, стоя рядом на переходе в ожидании зеленого сигнала светофора.

— Куда идём? — весело поинтересовалась Светка, после дружеского, практически целомудренного поцелуя в щечку.

— Сначала в ремонт ювелирных изделий, — сказал я. — Отдам перстенек один в ремонт. Потом — куда захочешь. Хочешь, в кафешку, хочешь — в киношку.

Светка задумалась.

— Я бы предпочел сначала взять билеты в кино, потом перед сеансом кафе навестить, мороженку поесть. Хотя я бы предпочёл что-нибудь посущественней. Например, большую-большую котлету.

— Проголодался на занятиях? — Светка, дразнясь, вытянула губки трубочкой. Я, пользуясь моментом, быстро нагнулся к ней и поцеловал. За спиной кто-то презрительно фыркнул. Я обернулся. Рядом стояла Валентина.

— Девушка, завидуйте молча, — не заморачиваясь, тут же выдала Светка. Валентина покраснела и отвернулась.

— Моя одногруппница, — тихо сообщил я. — Звала меня сегодня погулять. Я соврал, что занят, еду ремонт делать.

Тут фыркнула Светка, едва сдерживаясь, чтоб не рассмеяться.

— Завтра вся группа будет знать про тебя, — заметил я.

— Ну, и что? — удивилась девушка. — Тебя это волнует?

— Нет, конечно, — усмехнулся я. — Просто у меня репутация была несколько другая: эдакий богатый маменькин сынок, мальчик-автолюбитель, который ни с кем не дружит, не ходит, только мамочку слушает.

— Ого! — Светка восторженно ткнула меня кулачком в бок. — Ковалёв! Здесь такой простор для фантазии! Гей-гоп!

— Гей-гоп, — согласился я. Светке тоже книги про Карлсона нравились.

— Зачем вы хотите испортить это произведение искусства? — ювелир, старый седой крючконосый еврей, покрутил в руках серебряный перстенек, что я ему выдал. — Молодой человек, изумруд здесь совсем ни к селу, ни к городу, так сказать! А вот именно агат здесь к месту. Хотя ваш изумруд очень хорош. Но не к месту, он. Понимаете, не к месту!