— На! Братский подгон.

— Что это? — он осторожно развернул бумагу, присвистнул.

— Пчак, — сообщил я. — Узбекский нож.

Я его прихватил из дома Анвар-бея в Хороге. Костяная ручка, лезвие с вытравленными узорами — мимо пройти было просто нельзя. Сунул его в посылку с книжками — на всякий случай.

Домой я вернулся в половине десятого вечера, поужинал. От беседы с маман на тему «хорошей девочки Светочки» уклонился и заперся в своей комнате, предупредив, чтобы мне не мешали.

Наставник, кстати, не обманул, сообщив, что оставил мне в Астрале багаж своих знаний. Я обнаружил в учебном классе книжный шкаф, забитый учебниками, брошюрами, свитками.

И каждая полка была подписана: «Магия Жизни», «Магия Смерти», «Магия Разума», «Построение конструктов и сочетание видов магий». Была еще одна полка. Вверху. На ней стояли всего три брошюры. На ней красовалась надпись «Другие виды магии». Конечно же, вторым, что я сделал, я взялся за изучение книг с этой самой верхней полки. Почему вторым? Потому, что первым, что я сделал, так это просмотрел наименования всех книг, стоящих в шкафу. Просмотрел и пришел в восторг.

Теперь на каждом занятии я по очереди с полки брал учебник или монографию, читал очередной параграф, шел заниматься на астральный полигон.

Увы, из категории «других видов магий» я не смог освоить ничего. Мне упорно не давались ни магия Земли, ни магия Воды, ни магия Огня, ни магия Воздуха. Хотя с металлами, благодаря дару Перуна, я мог работать, изменяя твердость любого металла до пластилинового состояния. После чего делал с железками всё, что хотел: скатал трубку из нержавейки в шар, раскатал в блин, снова скрутил в трубку.

Занимался я теперь подолгу. В реальном времени проходил час, а то и больше. В Астрале мои занятия занимали восемь-десять часов. После этого час-полтора в реальном времени я отдыхал, приходил в себя, восполняя затраченные силы. В этом мне здорово помогал Авдей Евсеевич. После каждого сеанса медитации меня на кухне ждала тарелка наваристого борща или щей, крепкий сладкий чай, бутерброды со слоем масла в полсантиметра, шоколадные конфеты.

В городе у меня такого замечательного помощника не было. Маман я на такие вещи не озадачивал, поэтому мои занятия в Астрале занимали максимум 4 часа или минут 15–20 в реальном времени. Кстати, я заметил, что соотношение течения времени в Астрале и реальном мире не является константой, а зависит от интенсивности деятельности. Если я занимался одной теорией, то разница во времени была значительной: я сидел над учебниками 5–6 часов, а в настоящем проходило всего 15 минут! Если же я занимался практикой те же 5–6 часов, на полигоне, отрабатывая конструкты, то в реальности проходил час. И при этом мне приходилось некоторое время восстанавливаться.