— Теперь подробно, что он тебе сказал.

— Сунул мне в руку конверт, и произнес, что мы можем воспользоваться этой информацией, как нам заблагорассудится. Потом добавил, что теперь его совесть будет чиста, все зависит от нас. Я попробовал спросить его, кто он и что в письме, но он ответил, что я сам все пойму, искать его не нужно, если появится что-то еще, он сам свяжется со мной. После этого он развернулся и быстро пошел в противоположную сторону, припадая на правую ногу.

— Опиши голос и манеру речи.

— Голос сиплый, но невыразительный, надтреснутый, как бывает у стариков или сильно простуженных. Говорил быстро, горячечно, явно хотел как можно скорей уйти. Сначала начал говорить по-русски, но с явственным акцентом, через несколько слов запнулся, словно забыл как дальше и перешел на английский. Акцент, мне показалось, что-то из среднеамериканских штатов. Еще, держался настороженно, словно опасался, что я его попытаюсь задержать, правую руку держал в кармане, словно в нем пистолет, который он в любой момент может выхватить. Преследовать его я не стал, опасаясь провокаций.

— Понятно, — пожилой вздохнул, глубоко задумавшись, — Вот что, Сергей Васильевич, ступай к себе, изложи все, что ты мне рассказал на бумаге, поминутно, постарайся припомнить малейшие подробности. И позови Остапченко.

Из задумчивости хозяина кабинета, оставшегося в одиночестве, вывел стук в дверь.

— Разрешите?

— А, Остапченко. Что можешь сказать?

— Никаких отпечатков пальцев, Андрей Ильич. Тест напечатан по-русски, но английскими буквами. Изложение сухое, рваными фразами. Следов яда нет. Но у нас возможности экспертизы ограниченные. Это все, что могу сказать.

— Хорошо, оставь бумаги, сегодня ты больше не нужен.

Текст действительно неудобно читать, но нужно самому оценить, что попало в руки. Сведения явно неординарные.

«Стало известно о ряде направлений, разрабатываемых ЦРУ против Советского Союза и демократических сил», а дальше строки почти без пробелов, словно человек бумагу экономил.

Так, что тут у нас? Введение на уровне правительства санкций против Ливии с дальнейшей блокадой побережья авианосным соединением. Предположительно с начала года. Формальное основание — поддержка Каддафи международного терроризма.

Значительная вероятность присоединения к американской операции Франции, предполагается атака французских ВВС по позициям ливийской армии в северном Чаде, в частности по авиабазе Уади-Дум.

Ведется подготовка убийства премьера-министра Швеции Улофа Пальме. Операция облегчается тем, что политик часто передвигается по Стокгольму без охраны. Вероятное время проведения акции — конец февраля.