«Ладно», — думаю, «разворачиваюсь и еду оформлять». Сдал на обочину, остановился, чтобы развернуться. Все же машина большая, сделать это не так просто, нет у меня привычки такими солидными авто управлять. Тут у меня двигатель и заглох, причем намертво. Завести никак не получается, Даже стартер не крутится, похоже аккумулятор чуть не в ноль разряжен.

Огляделся — неподалеку телефон стоит. Будка раздербаненая, словно у нас в начале 90-х, окна разбиты, но в трубке исправно загудело. Набрал номер хозяина, сказал адрес, на стене прочитал. Ответ получил, что-то вроде «ох ты ж» и уверения, что приедут скоро.

Что-то мне это не нравится. Хорошо, не успел далеко отъехать, а если бы где-нибудь посреди бескрайних американских степей заглох? Пришлось бы мне, как Даниле Бодрову машину бросать. Хотя окружающая обстановка мне тоже что-то очень не нравится. Дома какие-то обшарпанные, мусор везде, попахивает, словно неподалеку прямо на тротуаре мочились. Еще и дома на уровне первого этажа бездарными граффити расписаны, такими, знаете, на уровне наших надписей из трех букв. Так вот здесь такие же, только на английском, причем с соответствующими иллюстрациями, наверное, специально для тех, кто неграмотный. И прохожих ни души, улица словно вымершая, а вот по проезжей части автомобили ездят и довольно плотно, но у тротуаров стоящим ни одного не видать. Что-то у меня чуйка нехорошая.

— Йо, снежок, ты, что здесь забыл? Что-то потерял, факин?

Обернулся. Оба на — их было трое и все на одно лицо. Три, как здесь говорят, афроамериканца. Прямо классика — здоровый с тупым взглядом, второй жилистый с острым лицом и цепким взглядом, явно главный в этой компании. И, конечно, третий — мелкий, словно на пружинках, постоянно переминающийся с ноги на ногу. Ну, прямо, как у нас «на районе» из не самых лучших. Классический гоп-стоп.

Сейчас мелкий начнет пургу нести, а там и резкий подтянется. До тупого дойдет последним, но он-то меня и уроет, потому как его кулак как две моих головы. Небось, на чикагской пицце раскормили бегемота. А одеты все три, словно попугаи, наши гопники в спортивных костюмах и в кепках-восьмиклинках на фоне этой компашки за образец стиля сойдут. Ну, а цепуре на пузе самого толстого любой бы браток из 90-х изумился. Пароход швартовать можно. Не удивлюсь, если цепь из стали или чугуния, просто позолочена, потому как была бы чистая, даже он ее не осилил поднять.

— Машина поломалась, сейчас приедет эвакуатор.

Пока говорил, уже начал прикидывать, чем отмахиваться. А вроде бы и нечем, мне монтировку хотя бы.