Её глаза распахнулись шире, я глупо раскрыл рот, разводил руками и виновато улыбался. Только-только начала привыкать, что я из баронета стал бароном, а тут ещё земли какого-то Гендрикова. Да ещё графа! И сейчас не может понять, где кончается моё постоянное ёрничество, и где начинается суровая правда российской жизни, такой увлекательно непонятной. Неужели этот Гендриков такой чудак, что решил уйти в горы искать Шамбалу, как какой-то предок Рериха с Блаватской? Конечно, если найдёт, то выигрыш в миллионы раз выше какого-то имения…
— Мужчины, — сказала она с осуждением в голосе и взгляде, — как же вы любите рисковать. Не проще ли проиграть в карты!
Я положил бумаги на стол поближе, чтобы в любой момент могла бросить взгляд, но она сразу же взяла и начала просматривать. Хотя там пока смотреть нечего, простая купчая на имение и земли, ещё даже не заверенная Канцелярией и не скреплённая необходимыми подписями и печатью Управления. Но уже понятно, что все земли, пашни, производства и активы принадлежат барону Вадбольскому.
— Сюзанна, — сказал я у самой двери, — вы ещё себя покажете! Вы станете финансовым монстром, под поступью которого будет дрожать земля, а мужчины падать на колени.
Она улыбнулась.
— Да, суфражизм победит!
От Сюзанны можно скрыть даже мировую катастрофу, но не от Байонетты. Узнала все подробности ночного боя ещё утром, когда мы возвращались из разгромленного имения Гендриковых.
Василий и Бровкин сразу же взломали ворота гаража Гендриковых, приз — семь тяжёлых грузовиков и пять легковых автомобилей повышенной проходимости!
На грузовики и нагрузили боевые трофеи, в числе которых бочонок вина и ящик с коньяком. Вообще-то подвал Гендриковых забит бочками и ящиками с дорогими винами, но я велел не трогать, это теперь наше, какой смысл грабить самих себя?
Днём перевозили найденное оружие, в сгоревшем особняке остались стены и вмурованные в них сейфы, что взвеселило мою мохнатую душу. Байонетта пробовала меня сопровождать везде, я попытался отправить её в имение чуть ли не под охраной, но она горячо принялась доказывать, что будет очень полезной, и я, скрепя сердце, махнул рукой. Ещё и медаль получит за подробный и скрупулёзный отчёт или хотя бы поощрение.
День ушёл на цивилизованный грабёж, что я назвал культурным перераспределением ценностей.
Это Байонетта подсказала, что следует за неимением своей забрать челядь рода Гендриковых: повара, трёх горничных, дворецкого и даже управляющего имением, дескать, ему всё равно кто собственник, а вот умелого хозяйственника ещё нужно поискать.