— Приветствую, Милана, — прохладно поздоровался со мной наш руководитель. — Рад, что вы не опоздали.

— Я вообще довольно пунктуальна, — ответила я недовольно.

Ну вот, начинается. Мог бы уже и забыть тот инцидент на тесте.

— Буду иметь в виду, — ответил он и отвернулся.

Тут же какая-то миловидная брюнетка лет тридцати пяти положила ему руку на запястье и радостно воскликнула:

— О, я так рада снова отправиться с вами в Грецию! Муж не хотел отпускать меня, но я ему так и сказала: “Работа”! А от работы ведь никуда не деться!

И профессор неожиданно лукаво улыбнулся. Его лицо вмиг изменилось, становясь добродушным и немного хитрым. Никогда бы не подумала, что он может вот так резко перевоплотиться! От холодного презрения к радостному благодушию. Неужели он и со мной мог говорить вот так мило, тепло пожимая мне руку?

— Олечка, я тоже безмерно рад, что вы смогли вырваться. Это будет незабываемое приключение!

— Ой, Валерий Павлович, я так соскучилась! — подошла к ним еще одна миловидная дамочка. Он и ей тепло улыбнулся.

— И я, Леночка, и я.

Мужчины тоже смотрели на профессора с уважением и радостью. Похоже одна я здесь была белой вороной, которую чудо-добрый глава экспедиции терпеть не мог.

Ну и пусть. Я тоже от него не в восторге. А копать песок лопатками можно и подальше друг от друга.

Однако, к сожалению, я вовсе не была социопатом. И общество любила. Поэтому как бы моя гордость ни задирала нос, вопя, что нам с ней будет хорошо и в одиночестве, мне было грустно.

Ботаник Федя и заучка Вера — тоже не были самыми желанными для меня собеседниками. Я помню однажды, еще на далеком первом курсе дернула меня нелегкая сесть рядом Федором на первые парты. Все наше свободное время оказалось занято тем, что этот фрукт выпытывал у меня, что я думаю на счет интеллекта дельфинов. Мнение, что они столь же умны, как и люди, казалось ему абсурдным и возмутительным. А в качестве доказательства своей точки зрения он предоставлял моим медленно усыхающим ушам тот факт, что мужские особи этих млекопитающих мастурбируют телом рыб, которым предварительно сами же откусывают голову.

Сбежать от него на тот момент не представлялось возможным. Но больше я никогда не повторяла подобной глупости и в разговоры с Федором не ввязывалась.

Вера была не многим лучше. Ее не интересовали мастурбирующие дельфины, зато корпускулярно-волновой дуализм света — еще как. До сих пор не понимаю, как в ее маленькой русой головке умещаются одновременно обширные знания по археологии и любовь к ядерной физике.

Одним словом, с этими двумя я стану разговаривать только при самом тяжелом раскладе. Например, в случае атомной войны, не приведи Господи.