— Ту самую, которой ты опасался, — поддакнул ему Фридрих. — Получится, мы сами, своими руками её начнём.

— Не ты ли меня уверял, что бриты полномасштабную войну не потянут? — я ехидно ухмыльнулся. — Кроме того, они трижды нападали лично на меня с помощью своих клонов. Так что я считаю себя вправе ответить любыми средствами. И император со мной согласен, правда, не знаю почему. Святослав Андреевич вроде кровожадностью не отличался.

— Может, надеется, что ты свернёшь здесь шею? — вроде в шутку брякнул немец, но я заметил у него в глазах огонёк обеспокоенности. — Прошу простить. Данное замечание было совершенно неуместно. Готов понести любое наказание.

— Да сядь ты уже, — я поморщился. — У меня никогда не было иллюзий по поводу тестя. Я выгоден ему лишь при полной и абсолютной преданности. Но в свете свалившейся популярности скорее опасен, и избавиться от угрозы было бы совершенно логичным шагом для любого политика. Почему император этого не сделал, я решительно не понимаю, даже дед за гарантию не канает. Возможно, есть ещё какие-то резоны или, если брать любые фантастические идеи, он действительно знает, что власть мне никуда не упёрлась. Не суть важно, главное, у нас есть карт-бланш.

— У меня тоже, — Фридрих тяжело вздохнул, но выложил на стол свой козырь. — Его императорское величество Максимилиан III Каролинг и фрау Канцлер поручили мне оказывать любое содействие герцогу Ефимову-Гогенцоллерну в любых его действиях.

— Я бы попросил избегать любых реальных имён, — поморщился мистер О,Нил, — даже несмотря на то, что запись мной не ведётся. Мы планируем государственное преступление, пусть даже я не признаю Авалон. Тем не менее осторожность в нашем деле совершенно не лишняя.

— Бережёного Бог бережёт, а не бережёного конвой стережёт, — блеснул я знанием поговорок, но любопытство взяло верх. — Но вам не кажется, что это лишнее? Думаете, есть кто-то, кто меня не узнает?

— Не хочу вас огорчать, ваша светлость, — вдруг рассмеялся ирландец, — но здесь вы можете быть в безопасности. Вас не узнают даже домохозяйки, всё время проводящие за телевизором. Наши средства массовой информации, а точнее, министерство печати посчитало новости о первооткрывателе нового мира не просто незначительными, а даже вредными для простых обывателей. Ведь вы не англичанин, а значит, неотёсанный варвар. Какие достижения могут быть у такого. А если вдруг люди правду узнают, могут начаться нездоровые волнения, или, упаси Господь, даже сомнения в абсолютном превосходстве бритов над другими нациями.

— Правда — это ложь, война — это мир, незнание — сила, — теперь я цитировал одну старую книжку. — Прав был старик Орруэл.