Толпа радостно взвыла, а я выматерился про себя. Подобные развлечения мне уже начинали надоедать. Очень хотелось использовать что-то из арсенала Варяга, пусть даже с очередным бредовым названием, какую-нибудь «во поле берёзку», а лучше то, чему учила лаоши. Всё-таки у неё опыта убийств ближнего своего было побольше, хотя бы в силу возраста. Правда, ей такое я бы не сказал даже под страхом смертной казни. Потому что казнь — это раз, и всё, а Ву Шу за намёк на то, что она старая, оставит жить, но ты сам захочешь сдохнуть. Ибо, как и положено, была коварной и мстительной. И меня, кстати, тому же учила.

К сожалению, здесь и сейчас я не имел права пользоваться подобными приёмами и стилями боя. Просто потому, что простому ирландскому сироте, выросшему в закрытом интернате, просто негде было им научиться. Сказка про китайского дедушку-садовника не сгодилась бы даже для Чарли, что уж говорить об организаторах самих боёв. Ведь это были весьма солидные люди, аристократы, можно сказать, цвет английской нации. Тут менеджер стриптиз-бара не соврал.

Я поднялся, всем своим видом показывая, насколько сильно мне досталось. На самом деле даже на уровне Сквайра такие полёты не несли особой опасности. Железную рубашку никто не отменял, как и её многочисленные аналоги. С тремя открытыми чакрами держать её Воин может пару часов, правда, потом требуется сделать Вдох, то бишь насытить организм сансарой. В этом была слабость неврождённых одарённых, но уж на пяти-десятиминутный бой на арене энергии должно хватать с лихвой. Уж я-то точно знаю, не в первый раз мне приходилось маскироваться под Воина. Так что мой спектакль вряд ли обманул опытного бойца и предназначался скорее зрителям, но, на удивление, капоэйрист повёлся.

Бразилец вскинул руки, будто он уже победил и принялся ходить по арене. А потом повернулся туда, где сидели граф с супругой. Их сложно было с кем-то спутать, просто выбирай самую надменную рожу и не ошибёшься. К ним-то он и обратился, поклонившись и, по всей видимости, предлагая решить мою участь. Детский сад, ей-богу. Я ещё стою на ногах, пусть даже делаю вид, что мне изрядно досталось, однако даже самый тупой идиот сможет догадаться, что до развязки ещё далеко. Но этот позёр решил, что он превосходит меня на пару порядков и может закончить бой одной левой. Ну что ж, кому-то будет большой сюрприз.

Я с интересом наблюдал за разыгравшимся спектаклем. Граф, судя по кислой мине, в победу капойэриста не так чтобы верил, поэтому не спешил выносить вердикт, зато его супруга всё для себя решила. И, облив меня презрительным взглядом, словно помоями, решительно подняла кулак с большим пальцем, направленным вниз. То бишь приговорила меня к смерти. Такое на боях случалось, как мы с Фридрихом выяснили, и более того, перед выходом на арену мне пришлось подписать отказ от претензий, в том числе, если всё закончится тяжёлой травмой или смертельным исходом. И сейчас бразилец решил показательно меня убить, возможно, чтобы продемонстрировать свою силу и настрой. Впрочем, меньше всего меня заботили его мотивы, умирать на потеху толпе я не собирался.