— Вы, Александр Петрович, необычно умный человек. Я не сомневаюсь, что вы имеете в виду возможные хитрости с их стороны, — оставив в покое пластины, Майкл взялся за подготовленный для него листок с оттиском и пояснением некоторых пиктограмм. — А вдруг герцог не поверит, что это настоящий перевод и что мне в самом деле знаком некий переводчик, способный на столь невероятное. Это же в самом деле невероятно: перевести текст такой древности, к которому до сих пор не нашлось никаких зацепок.

— Ладно. Сейчас я помогу стать тебе очень убедительным, — открыв папку, я извлек самую первую таблицу логических соответствий, которую составил при переводе первой пластины. — Смотри сюда, Майкл, — я указал на пиктограммы в центре пластины. — Это видоизмененное лемурийское письмо поздней эпохи Северного Сонома. Не спрашивай меня откуда я это знаю. Просто знаю и все. Вот здесь толкование этих пиктограмм, — я указал на левую колонку в таблице. — Зная эти толкования любой знаток древних текстов сможет перевести сам первую пластину, не всю, но ее значительную часть. Если предъявить Уэйну эту таблицу, то у него не останется ни капли сомнения, что существует человек способный даже на перевод с лемурийского. А если так, то это, — я указал на знаки по краю и на оборотной стороне пластины, — вообще не проблема, поскольку эти знаки — письменность дравенши. Она появилась на десятки тысячелетий позже лемурийского письма даже в его самой поздней версии. То, что существует человек, знающий лемурийское письмо звучит слишком невероятно, но таковы факты. И именно факты, подтверждающие это знание, ты можешь предоставить, — я с улыбкой вручил Майклу листок с первой, по сути, черновой таблицей, зная, что обладание ей поможет только в переводе первой пластины. Возможно, приоткроет какие-то кусочки содержания других, но никак не поможет понять, где именно следует искать те самые пещеры Начала и Конца и Хранилище Знаний.

— Вы уверенны, что такое можно показывать самому Уэйну? — забеспокоился Милтон.

— Да, Майкл, теперь уже можно. Я знаю, что ему это не сильно поможет, а нам должно помочь завладеть Ключом Кайрен Туам, — я решительно придвинул к нему лист с логической таблицей, представляя величину обалдения Уэйна и всего британского общества Исследователей Закрытой Истории. — Желательно, чтобы ты занялся этим поскорее. Я до середины июня буду в поездке и к моему возвращению нужно обязательно продвинуться в договоренностях с графом Бейкером. Пока меня не будет, тебе окажет всю возможную помощь мой очень хороший товарищ из детективного агентства, — говоря о Торопове, я подумал, что о моем плане по добыче Ключа, нужно обязательно проинформировать князя Ковалевского. Слишком важен этот вопрос и содействие князя здесь необходимо.