Понимая, что пауза слишком затянулась, Элизабет продолжила: — «Очень, очень жду встречи с тобой, мой демон. Только скажи, куда подъехать. Ты не представляешь, что со мной было, что я пережила! Мне нужно так много тебе рассказать! С нетерпением жду минуты, когда увижу тебя!».
Кофе и бутерброды напуганный робот подал на удивление быстро. Миссис Барнс сделала пару глотков кофе, откусила кусочек бутерброда и вернулась к эйхосу, проверяя множество не отвеченных сообщений. Большая часть из была от мужа. Элиз решила разобраться с ними позже. Пролистала дальше и остановилась на последнем сообщении князя Мышкина. Слушать она его не стала, потому что прежде слушала два или три раза. Не забыла о его скабрезном содержании, хотя прошло много времени. Сейчас Элизабет, поняла, что хочет ответить ему. Она нажала боковую пластину и произнесла:
«Гена, ты хочешь снова связать меня и бить плеткой между ног? Хочешь заставить сосать твой член? Тебе нравится, когда я плачу? А знаешь… Я могу согласиться на это. И в этот раз даже просто так. Давай встретимся, только не у тебя дома». Сказав это, она мысленно добавила: «Только вряд ли в этот раз плакать буду я. Скорее всего плакать будешь ты, а потом твоя невеста». То, что Мышкин собрался жениться Элизабет знала из газет.
Глава 10 Кусочки прошлого
Сообщение от Элизабет я получил перед экзаменом. Уже собирался войти в класс, как пискнул эйхос, и мне подумалось, что в свете последних потрясений любое послание может быть важным. Я отстегнул эйхос, включил просмотр сообщений.
— Что там? — Ольга остановилась у двери — она тоже волновалась.
— Миссис Барнс, — сказал я, намеренно называя ее по фамилии мужа.
Ольга знала, что я последние дни беспокоился о баронессе, знала о моих неприятных видениях по ночам, и то, что я даже просил помощи у Артемиды, она тоже знала.
— Прослушай сейчас, мало ли что, — сказала княгиня, отходя от двери.
Я включил эйхос, отрегулировав звук так, чтобы было слышно нам вдвоем и отошел дальше от одноклассников, толпившихся перед экзаменационным классом.
Раздался голос Элизабет немного искаженный прибором, но безошибочно узнаваемый из-за ее особого тембра и сильно выраженного акцента: «Алекс, дорогой, здравствуй! Я в России!», — затем последовала длинная пауза, и мне показалось, что чеширская баронесса плачет. И снова ее голос: — «Очень, очень жду встречи с тобой, мой демон. Только скажи, куда подъехать. Ты не представляешь, что со мной было, что я пережила! Мне нужно так много тебе рассказать! С нетерпением жду минуты, когда увижу тебя!».