То, что мы сейчас ехали на прием к цесаревичу, было мне в общем-то на пользу. И у меня мелькнула мысль: а не сдаться ли мне ему сразу насчет завтрашних статей? Даже если Денису Филофеевичу это очень не понравится, то максимум, что он сделает, это выскажет неодобрение. Но дело уже сделано.

Аудиенции нам пришлось ждать около часа. Когда я собирался отлучиться на лестницу в сад, высокие двери с державным орлом распахнулись, из них вышло несколько незнакомых мне людей, за ними князь Лапин и генерал первого имперского табеля Трубецкой. И рядом с ним появился никто иной как подполковник Бердский — командующий тем самым «Грифоном», к которому я был приписан с первого июня.

— Здравия желаю, ваше высокопревосходительство! — выпалил я, приветствуя Трубецкого.

— А вот и сам Александр Петрович. Да не один, а с самой Ольгой Борисовной! Здравия вам молодые люди! — Сергей Семенович переглянулся с Бердским, перевел взгляд на меня, затем на Ольгу и пробасил: — Да не мудрено с такой красавицей на Карибы. А служба, она же все равно идет.

— И какие вы оба загорелые вернулись. Море теплое? — Бердский усмехнулся, поглаживая усики.

— Господа, после школы, долгих, мучительных, выпускных экзаменов… Так хотелось расслабиться хотя бы несколько дней. А служба — о ней мы не забывали ни на пляже, ни в море. Да, кстати вода теплая, — ответил я, возвращая улыбку своему почти непосредственному командиру — виконту Бердскому.

— Позволите, Сергей Семенович? — Бердский вопросительно глянул на генерала.

— Делайте с ним, что пожелаете, — отозвался Трубецкой, любезно кивнул Ольге и направился за князем Лапиным, до сих пор довольно скалившимся в сторонке.

— И вы уж, ваше сиятельство, позвольте, — с вежливостью спросил он разрешения у Ковалевской отвлечь меня и, когда мы отошли в сторону, сказал: — Как же так получается, Александр Петрович, что вы, если так, по-честному, еще дня не служили, а на вас уже наградное распоряжение пришло? Понимаете ли, двойная серебряная молния вам на мундир!

— Не могу знать, Платон Захарович, — ответил я, решившись пока не соблюдать служебные формальности.

— Не можете. Тем не менее мы оба знаем, откуда такие теплые ветры дуют, — он покосился на дверь цесаревича. — Я вот что хочу сказать: мы мало знакомы, но я очень наслышан о вас. Сам понимаете, мимо «Грифона» важная для нас информация редко проходит. Тем более если она касается людей, которые казалось, что как бы наши, — здесь он как-то неопределенно улыбнулся. — Мага такого уровня как вы нет ни в «Грифоне», ни во всем «Сириусе», ни, мне кажется, даже если брать еще намного шире. И я очень бы не хотел расставаться с вами.