Кряхтя, как старый дед, поднялся сначала на четвереньки. Накатило головокружение, однако довольно скоро прошло. Окружающее пространство больше не казалось мне таким уж мрачным и темным. Света звезд вполне хватало, чтобы сносно ориентироваться. Преодолев слабость, встал на ноги и нетвердой походкой побрел к мотоциклу. Сделав пару шагов вспомнил об оставленном неподалеку рюкзаке. Если бы там были только книги, я не стал возвращаться и нагибаться, чтобы его подобрать. Однако помимо книг в одном из отделений лежала фляга с водой и парочка солидных бутербродов.
Трясущимися ручонками извлек на свет божий сначала флягу ибо пить хотелось, пожалуй, даже сильнее чем есть. Открутил крышку и прямо из горлышка едва ли не в один глоток ополовинил литровую емкость. Жажда немного отступила, её место занял волчий голод. Оба бутерброда моментально исчезли в моем желудке, не принеся хотя бы малейшего намека на насыщение. Затем и воду допил. Сытости не почувствовал, но силенок, определенно, прибавилось. Я даже не поленился еще разок нагнуться чтобы подобрать валявшиеся на земле книги и запихнул их в рюкзак. Кое-как добрел до мотоцикла. Оперся руками на руль и переждал очередной приступ головокружения. С третьего раза мне все-таки удалось завести двигатель. Включил свет, убрал подножку, переключился на первую передачу, не садясь в седло и потихоньку подгазовывая, повел свое двухколесное транспортное средство между искривленными стволами еще более загадочных в электрическом свете древесных кривуль.
Как ни странно, мой выход на открытое пространство не был омрачен какими-либо неприятностями. Мне удалось вполне успешно провести свой «CeZ-500» между стволами. Оказавшись вне пределов лесной чащи, взгромоздился на мотоцикл и потихоньку-помаленьку направился в сторону родного села.
Не доезжая до конечной цели пары сотен метров, заглушил мотор. Далее покатил мотик посредством собственной пердячей тяги. Благо ветер в лицо слегка привел меня в чувства и придал немного сил. Шуметь не стал, по вполне понятной причине — не хватало, чтобы матушка вышла встречать любимого сыночка и застала чадо в столь неприглядном виде. Шуму будет! Боюсь даже представить.
Завести мотоцикл во двор, не устроив шухера, у меня получилось. Затем, снова вышел на улицу, прикрыл за собой калитку и, пройдя привычным путем через палисадник, забрался в окно своей комнаты. Верхний свет включать не стал, достаточно настенного ночника. Затем потихоньку прокрался на кухню, где меня поджидал тазик пирогов, накрытый красиво вышитым умелыми мамиными руками рушником. К пирогам прихватил двухлитровую кринку оставленного на скисание молока.