Через пять минут я уже вышла из душа, наследив мокрыми ступнями по линолеуму, вытерлась и надела муаровое платье с открытой спиной и воздушной юбкой выше колена. Света ворковала по телефону со своим бойфрендом, с губ только что нектар не сочился. Когда я собрала в пакет вымоченные в шампанском вещи и сунула его в сумку, она, наконец, попрощалась со своим Веником — там ласково мы звали Вениамина, оператора освещения, с которым подруга закрутила роман несколько месяцев назад.

Новый год мы встречали втроём, эта сладкая парочка беспрерывно целовалась, и от их ласковых пошлостей меня тошнило больше, чем от алкоголя. Тогда я и поняла, что эта ваниль мне не нравится, разозлилась на друзей и, когда куранты считали до двенадцати, громко загадала желание: «Хочу в два раза больше!» Света и Веник переглянулись и рассмеялись, и ещё час расписывали мне в красках это «в два раза больше». Интересная, вообще-то, идея, жаль, воплотить не придётся.

Мы уже готовы были уйти, я повесила на плечо клатч и открыла дверь, тут же отшатнувшись от неожиданности — Сергей стоял в тёмно-серых брюках и розовой рубашке, с поднятым кулаком — собирался постучаться. Глаза у него просто невероятные — тёмно-сизые с голубыми лучиками. Парень окинул меня взглядом и чуть улыбнулся.

— Шикарно выглядишь, Яр-ра… — моё имя прозвучало раскатом грома, а глаза метнули молнии. — Нас ждёт машина и столик в ресторане. Ты не против?

Показалось, он едва оторвал от меня взгляд и бросил его за плечо, и я сразу услышала голос Светы:

— Ох, обо мне не беспокойтесь, мне пора, пора, пора…

Подруга выскользнула из гримёрки бочком, прихватив мою сумку, и поспешила по узкому коридору к лестнице. Уже сворачивая на неё, весело подмигнула, и через секунду я услышала быстрый стук каблучков по каменным ступенькам.

— Я не против, — улыбнулась и тряхнула густой гривой пепельных волос.

Сергей обнял меня за талию и повёл к выходу.

Белый лимузин с шампанским в ведёрке со льдом и огромным букетом нежно-розовых роз, благоухавших на весь немаленький салон, приятно удивил — я ожидала такси, а не такую роскошь. Когда парень, сидя в ванне с шипучкой, обещал положить мир к моим ногам, я свято верила, что он тоже клакер и просто отыгрывает роль, но этот начищенный до блеска «Линкольн» сразил почти наповал.

— Ночная Москва красива, — парень подвёл меня к открытой водителем в чёрном костюме двери.

Я разволновалась, и сесть в машину изящно не получилось. Лицо залилось краской, и я обрадовалась полутьме в салоне. Сергей устроился рядом, через полминуты машина тронулась. Я закусила губу и отвернулась в окно.