Дубль восемнадцатый. Ночные рандеву
Савелий
В офисе продюсерского центра «Чертополох» было душно. Хотя кондиционеры, конечно, работали. Душил не воздух, а ощущения. Какое-то дурное предчувствие, оставшееся после внезапного визита Аслана Альбертовича, друга отца и воротилы шоу-биза — владельца всех хоть чего-то стоящих подмостков в Москве.
Я так и знал, что выходка брата нам аукнется. Доверил ему найти место под новый формат шоу, а вышло… то, что вышло. В труппе снова началось роптание, что «время потеряно зря», «надо было валить из труппы раньше», а теперь «денег за спектакль не будет», потому что «шоу не состоится» из-за «дурных сопляков, возомнивших себя…» — это уже о нас с братом.
Конечно, провал не обезденежит нас с Сергеем, но существенно ударит по репутации. Бизнес можно будет просто закрыть. И тут явился Барышников.
— Свои же люди, — улыбался он одними лишь губами, — сочтемся.
Только вот «свои» так не улыбаются — прожигая ледяным взглядом, что почти явственно осязаешь дуло у виска. И не только это. Я чувствовал Барышникова на совершенно другом уровне и подозревал, что он прекрасно об этом осведомлен. Иначе такой пронизывающий, внимательный и даже выжидающий взгляд объяснить невозможно. Друг отца пытался понять, читаю я его или нет.
— Что подразумевается под «сочтемся»? — уточнил я.
— Ну… окажешь ты — или твой брат — мне маленькую услугу, — улыбнулся он, собрав пальцы щепоткой. — Ничего сложного… для вас. Обещаю! — поднял ладони, демонстрируя ложноположительные намерения.
— В плане?
— Оставь! — махнул рукой. — Нам обоим наше сотрудничество пойдет на пользу. Все ради дела, Савелий. Ну что ты, в самом деле! — «обиженно» воскликнул чертов манипулятор. — Ты ж мне как сын! Да и Сергей тоже. Я ж вас на спине катал вот таких, — отмерил метр от пола ладонью. — Можешь прямо сегодня репетиции начинать, — сменил тон на деловой.
Я усмехнулся про себя — этот тип не мог понять, как себя со мной вести. Или нарочно резко менял эмоции, чтобы… что? Чтобы я о чем-то не догадался, упустил, пока разбираюсь с его чувствами.
— Я дам ответ завтра, — все же отказался от предложения и встал из кресла, чтобы проводить посетителя до двери кабинета.
— Замечательно. Уверен, мы сработаемся, — совершенно прозрачно дал понять Барышников, какого именно он ждет от меня ответа.
Он ушел, а кислота от его эмоций разъедала настроение и перспективы. Я чувствовал себя загнанным в ловушку.
В дверь офиса постучались, и следом просунулась голова примы.
— Савелий, можно?
— Можно, — кивнул я.
…и в кабинет ввалилась вся труппа.