После прозвучавших слов случилось чудо. Словно кто-то встревожил пчелиный улей. Даже минуты не прошло, когда нас повели на второй этаж, усадив прямо на балкончике, объединённом с внутренним помещением.

Перед тем как занять место, пришлось изловчиться, чтобы меч так и остался спрятан под тканью верхнего халата, который, в отличие от мантий, был тонким и совершенно не держал форму. Почти сразу рядом появились чайник и две фарфоровые чашки на квадратных деревянных подставках.

– В прошлый раз чай здесь показался довольно неплохим, – проговорил Люций, делая первый глоток. – Но это было лет пять назад… хм. А нет, всё так же неплох.

Я последовала его примеру, стараясь не зацикливаться на фразе «пять лет назад».

– Тебе некомфортно с остальными? – внезапно поинтересовался Моран.

– С чего ты взял? – бросила на него взор.

– Это заметно, Сара.

Я задумалась.

– Немного. Они изменились. И мне кажется, будто я их совсем не знаю, – призналась, пытаясь понять то, что испытываю рядом с ними. – Но с тобой такого нет, – добавила, будто боясь обидеть.

Но я забыла, что Моран слишком хорошо меня понимал.

– Меня трогает твоя забота. Но всё же иначе и не могло быть… – Люций натянул на губы широкую обольстительную улыбку, опёр лицо на руку, локоть которой лежал на краю стола. – Я ведь такой очаровательный. Со мной просто не может быть некомфортно.

Сотрудник, проходивший мимо, бросил косой взгляд. Заметив его внимание, Моран подмигнул человеку и сразу же посмотрел на меня, не заметив, как заалели уши парнишки.

– Ты его смутил.

– Да? Но я бы предпочёл смутить тебя.

– М-м-м, – выдала я неопределённое, бросив взгляд наружу через окно. – Почему именно это место?

– Посетители зачастую зажиточные торговцы, – вздохнув, бросил Люций. – Они всегда привлекают тех, кто желает заработать. – На мгновение замолчав и крайне внимательно и оценивающе пройдясь взглядом по гостям, он продолжил: – Если при храмах есть сказители, то по городам путешествуют те, кто рассказывает истории не только про Богов, но и сообщают мирские новости. Причём истории измыслителей богаты подробностями. Но из-за того, что эти люди работают в заведениях, где народ отдыхает, они для зрелищности могут немного приукрасить свои выступления.

– Насколько немного? – Стоило спросить, как я заметила поднявшуюся на второй этаж по лестнице пару – мужчина лет тридцати и девушка, у которой на кожаном ремне, перекинутом через шею, висел небольшой барабан, украшенный узорами ветра.

– Не слишком. Лишь для красочности, – отозвался Моран. – За враньё и поколотить могут.