Мои брови удивлённо приподнялись. За годы, прошедшие с моего детства, я успела позабыть нравы в человеческом мире. Тем временем в центр нашего стола поставили тарелку с паровыми булочками с мясом. От аромата сразу скрутило желудок. Мы покинули гостиный двор, так и не поев.

Отставив в сторону чашку, я принялась за угощение.

– Здесь так спокойно, – проговорила я, прикрыв на мгновение глаза от наслаждения едой. На самом деле в зале было шумно, даже слишком. Но царящая суета была мирская. Не предвещающая войны.

Люций смотрел на меня задумчиво и слегка удивлённо, а взор оказался мягким, будто ему нравилось наблюдать за тем, как я ем. Только это предположение больше походило на бред, поэтому я выкинула мысли об этом из головы.

– Верно, – вдруг согласился со мной Моран, неожиданно продолжая: – И я не могу не думать о том, что, если бы всё было иначе.

– Что именно всё?

– Даже не знаю… Вариантов много. Мы могли бы не родиться даэвами или… Может быть, сейчас от нас бы не зависело закрытие портала, – прочти прошептал Люций. – Всё было бы иначе. Мы бы могли просто развлекаться, сидя здесь. Или отправиться в Хумгард.

Мне показалось, будто в это самое мгновение Моран вдруг вновь стал тем юношей, с которым я встретилась в Академии Снов, словно время повернулось вспять. Самое большое изменение произошло с глазами дива – они словно засветились тем ярким чистым огнем.

Сердце болезненно сжалось, оставив ком в горле.

– Почему именно столица Феросии? – сглотнув, спросила у него.

– Она самая свободная. По крайней мере, так было раньше. В Дельтрасе холодно. Северный народ суровее прочих, хотя и чести в них немало. В таких условиях люди просто должны кому-то доверять. Астерия, столица Исонии, – красивая и богатая, но ты знала, что это самый преступный город в людском мире? За исключением, конечно, Аркадиана, на одноимённом острове. О нём наслышаны все в Дэвлате. Хумгард выглядит самым подходящим. Место, в котором можно затеряться.

Я протянула свою руку через стол, касаясь его светлой ладони. Ощутила прохладу его пальцев сквозь ткань перчаток, которые ощущались как нечто инородное. На мгновение я всей душой захотела от них избавиться. Если секунду назад глаза Люция сверкали, то теперь их взор показался мне усталым. Мне кажется, я даже чувствовала то же, что и он. И этому способствовал не мой изменившийся дар.

– Я думаю… – начала я, собираясь назвать много причин, почему бы Хумгард был бы не для нас. Одна из которых заключалась в том, что я бы не смогла вести обычную «человеческую» жизнь. И Люций бы тоже не смог. Мы оба это знали.