– Не нравится мне это, совершенно не нравится, – угрюмо процедил Рафаиль, сжимая ладони в кулаки и после поправляя увесистый меч на боку. Его оружие было больше любого другого клинка из тех, что принадлежали находящимся поблизости молодым воинам.

С рассветом мы достигли ущелья – широкой многометровой пропасти, которую невозможно было обойти, ведь она сразу переходила в отвесную скалу. Через пустоту, продолжая тропу, был перекинут подвесной мост. На первый взгляд, он выглядел безопасно: сплетение толстых канатов и кусков дерева под ногами. На другой стороне обрыва виднелись дома – теперь от города Ин нас отделяло лишь одно препятствие.

– Ещё слишком рано, наверное. Людей не видно, – сказала Айвен, вглядываясь вдаль.

– Я первый. Остальные – по моей команде, – произнёс Цецилий, ступив на раскачиваемый ветром мост. Первые пару минут наставник двигался достаточно медленно, осматривая каждый участок, каждую дощечку. Но, судя по тому, как ускорялись его шаги, в которых появлялось все больше уверенности, причин для беспокойства он не находил. Преодолев три четверти пути, наставник обернулся и махнул, призывая идти за ним.

Когда ноги оказались на шаткой поверхности, я на несколько секунд остановилась, привыкая к отсутствию твёрдой почвы под ногами. Но всё же подвесной мост оказался крепче и безопаснее, чем выглядел со стороны.

– Это выглядит пугающе, – прошептала Айвен за спиной. – Хотя я никогда не боялась высоты.

– Не смотри вниз. Только вперёд, – бросила через плечо.

– Это не помогает. Кажется, у меня немеют ноги, – вместо подруги отозвался Ной, идущий впереди меня.

Некоторое время поколебавшись, я коснулась его эмоций, успокаивая даэва, который боялся сделать хотя бы шаг вперёд.

Прошло не меньше четверти часа, когда мы наконец-то преодолели расщелину, оставив мост позади. Перед нами раскинулся город Ин. И вид поселения вовсе не воодушевлял. Он вызывал вопросы, ставил в тупик и позволял червякам сомнения ещё сильнее вгрызаться в душу.

Все дома на подступах и дальше по улице выглядели так, словно в них давно никто не жил. Они обветшали и покосились, дерево местами потемнело и сгнило. Внутри же жилищ царила полная покинутость.

– Письмо в Академию Снов точно пришло из этого места? – спросил кто-то из учеников.

– Да. На пергаменте была печать местного управляющего, – ответил Цецилий и обнадёживающе добавил: – Если кто-то, конечно, её не подделал.

Мы разделились, решив исследовать дома. День только начался, солнце высоко стояло на небосводе, и даже если где-то здесь имелись ревенанты, пока они прятались от света и тепла, мы были почти в безопасности. Если это вообще возможно было в подобной обстановке. Смотря на эту разруху, я не видела совершенно никого, кого мы могли бы спасти.