как та самая угроза, которую лучше не злить. — Если облака рассеются… — начал староста. — Деньги останутся у вас, — закончила Элайна. — Если пойдёт вода — золото моё. И ночлег. И провиант в дорогу. Староста кивнул медленно. Махнул рукой одному из мужчин. Тот принёс кожаный мешочек. Бросил его Элайне. Она поймала на лету. Тяжёлый. Золото звякнуло, удовлетворённо и весомо. — Поле за северной окраиной, — сказал староста. — Там земля ещё жива. Если польёшь её — выживем. Она развернула Ветку. Кейн последовал за ней. Толпа расступалась, давая дорогу. Взгляды были разными. Кто-то смотрел с мольбой, кто-то с завистью, кто-то со страхом. Но Элайна чувствовала только одно. Тепло на груди. И присутствие за спиной. --- Поле находилось за околицей. Это был клочок земли, огороженный камнями, чтобы ветер не выдувал почву. Ростки пшеницы были жёлтыми, ломкими. Они хрустели под порывами ветра. Элайна спешилась. Ноги затекли, но она держалась ровно. Кейн тоже слез. Помог ей снять сумку. Его пальцы на мгновение коснулись её талии — через ткань плаща, быстро, профессионально. Но тепло осталось. — Тебе нужно пространство, — сказал он. Огляделся. — Я отойду к краю. Чтобы не мешать потоку. — Будь рядом, — попросила она. Тише, чем планировала. Кейн остановился. Посмотрел на неё. В его взгляде не было вопроса. Элайна отвернулась, чтобы скрыть румянец, который вдруг поднялся к щекам. Она вышла в центр поля. Закрыла глаза. Внутри неё магия текла легко. Раньше это было похоже на попытку удержать в руках дикую кошку — царапается, вырывается, норовит укусить. Теперь это было похоже на течение реки. Нужно было лишь направить русло. Только поле, — подумала она. Не трать силы на пустыню. Напитай корни. Она подняла руки. Развела ладони в стороны. Ветер вдруг стих. Птицы замолчали. Даже Зик перестал ёрзать на плече и затаил дыхание. — Ventus aquam affer.— прошептала Элайна. Осколок отозвался вибрацией. Холодной, чистой. Высоко в небе, где секунду назад была белая пустота, начало темнеть. Тучи наползали быстро, будто их кто-то вливал в форму. Серые, свинцовые, тяжёлые. — Получается, — прошипел Зик. — Я чувствую запах озона. Элайна не отвечала. Она чувствовала, как магия набирает силу. Она могла остановиться. Должна была остановиться. Договор был на поле. Но она посмотрела на поселение за спиной. На детей, которые вышли посмотреть. На старосту, который стоял, сжимая посох побелевшими костяшками. На Кейна, который стоял у края поля, положив руку на меч, но смотрел не на горизонт, а на неё. Пусть