и что-то пряное. Он сжал ткань. Пальцы впились в кожу так, что костяшки побелели. Вокруг него кишели гости. Кто-то толкнул его плечом, пробормотал извинение, даже не посмотрев в лицо. Для них он был частью интерьера. Наёмник. Оружие. Тень при даме. Кейн сделал шаг в сторону, сливаясь с колонной. Тень легла на его лицо, скрывая выражение глаз. Он поднял бокал. Вино было налито кем-то из слуг, проходящих мимо. Кейн поднёс его к губам, сделал вид, что пьёт. Не пил. Только смочил губы. Алкоголь замедляет реакцию. Мне нужна скорость. Его взгляд скользнул по залу. Не как у гостя. Как у хищника, оценивающего территорию. Входы. Один главный, где мы вошли. Два боковых, за гобеленами слева. Вероятно, ведут на кухню и в службы. Окна. Высокие, узкие. Заколдованы. Видно по искажению воздуха. Проломить не выйдет. Стража. Двенадцать человек по периметру. Жезлы на поясах. Магические. Расстояние до ближайшего — пятнадцать шагов. Время реакции — секунда. Угрозы. Его взгляд вернулся к Элайне. Она шла через зал. Люди расступались. Не потому что их просили. Потому что рядом с ней становилось жарко. Магия, скрытая под шёлком, пульсировала. Она не использовала заклинания. Мужчины провожали её глазами. Некоторые открыто, некоторые украдкой. Кейн видел, как один торговец в золотом халате чуть не опрокинул поднос, когда она прошла мимо. Видел, как женщина в маске шепнула что-то спутнику, и тот напрягся. В груди Кейна закипело. Это не была ревность в привычном смысле. Это было чувство собственника, который видит, как чужие руки тянутся к его оружию. Она знает, что делает, — напомнил он себе. Это план. Но план не учитывал, как сильно ему захочется сломать челюсть тому парню в синем халате, который смотрел на её талию слишком долго. Кейн оттолкнулся от колонны. Начал медленно двигаться вдоль стены. Тенью. Ему нужно было найти лучшую точку обзора. И узнать, где хранится коллекция. --- Элайна чувствовала его движение. Даже не оборачиваясь, она знала: Кейн идёт вдоль стены. Параллельно ей. Она остановилась у стола с напитками. Взяла бокал с каким-то прозрачным нектаром. Сделала вид, что любуется им. — Красивый цвет, — сказал голос рядом. Элайна подняла глаза. Перед ней стоял мужчина. Не старый, не молодой. Возраст, который трудно определить. Волосы чёрные, гладко зачёсанные. Одежда простая, но ткань стоила больше, чем жизнь любого человека в этом зале. Глаза светлые, почти прозрачные. В них читался ум и скука. Коллекционер. — Цвет зависит от света, — ответила Элайна. Голос был ровным. Без