броня душила, — ответила я, прислонившись к косяку. — Эта дышит. Он кивнул, шагнул внутрь. Не нарушая пространства. Просто пересекая порог. Запах обнял меня: соль, кожа, хвоя, и то глубинное тепло, которое было только его. Он остановился в шаге. Достаточно близко, чтобы чувствовать дыхание. Достаточно далеко, чтобы не давить. — Ты выглядишь… — он замолчал, ища слово, взгляд метнулся к моим губам, потом вернулся к глазам. — Будто всегда принадлежала морю. Его пальцы зацепили выбившуюся прядь у виска, аккуратно убрали её за заколку. Костяшки скользнули по щеке, и я невольно прикрыла глаза, наклоняясь к этому прикосновению. На секунду. Позволяя себе быть мягкой. Позволяя ему видеть это. — Капитан говорит, к рассвету четвёртого дня будем у острова, если ветер не подведёт, — пробормотал он, не убирая руки. Его палец скользнул по шее, невесомо, как обещание. — Четыре дня открытой воды. Только мы. Команда. Море. — И кристалл, — добавила я, кивая на сумку. — И кристалл, — согласился он. Улыбка, едва заметная, тронула уголки его губ. Он отступил, давая воздух, давая пространство, но нить между нами осталась натянутой, звонкой, живой. Он развернулся к двери, но задержался на пороге, посмотрев через плечо. В полумраке каюты его глаза блестели. — Синий тебе идёт, — сказал он тихо. И исчез. Шаги растворились в гуле палубы. Я закрыла дверь. Прислонилась спиной к дереву. Сердце билось ровно, глубоко, в такт с кораблём, с волнами, с дыханием ветра за бортом. Снаружи такелаж пел свою вечную песню. Я легла на койку, подложив руку под голову, глядя в потолок, где плясали тени от качающегося фонаря. Кристалл в сумке пульсировал спокойно. Магия текла ровно. Впереди лежал остров. За ним — джунгли — ещё камни. Ещё путь. Ещё испытания. Но теперь я знала одно точно. Я больше не бегу. Я плыву по течению. И он плывёт со мной. Глава 13. Тихое притяжение Ночь спустилась на море не как занавес, а как дыхание. Медленно. Глубоко. Вбирая в себя последние отблески заката, растворяя горизонт в бархатной темноте, оставляя только звёзды — холодные, яркие, бесчисленные. Корабль шёл ровно и быстро, скользя по тёмной воде, как нож по шёлку. Ветер, который я сплела утром, всё ещё держал паруса. Он не рвал, не бил, не капризничал. Он нёс. Тихо. Уверенно. Будто знал, что мы наконец-то перестали бежать и просто плывём по течению. В каюте было темно, если не считать тусклого света масляной лампы, подвешенной к низкому потолку. Тень качалась вместе с кораблём, ложась на стены длинными, дрожащими полосами.