— Делай! — решился Сергей Романов, переглянувшись с товарищами. — Мы вылетим на «Эспадах» и прикроем юную госпожу.
— Вы там совсем рехнулись⁈ — возмутилась Микаэла. — Героического самоубийства нам только не хватало!
Начавшуюся перепалку остановил голос, раздавшийся в их головах:
«Никто не будет изображать Матросова. Кавалерия близко».
Транспортник замедлился, готовясь принять на борт беглецов. И всё это под огнем противника, что приближался, грозя замкнуть образовавшуюся брешь.
— Прости, — всхлипнула Лиза, едва оказавшись перед Михалычем. — Мы потеряли прототип…
— Mi madre es una mujer, la muerte de los hombres! (Мать моя женщина, погибель мужчин!) — возмутилась Микаэла. — Дурочка, я же за тебя переживаю! Как бы мы могли жить без тебя, зная, что ты ненужно пожертвовала собой ради меня⁈
Но тут в крейсер, что был ближе всех, чтобы перехватить беглецов, словно врезался сверкающий болид.
— А вот и кавалерия… — с облегчением выдохнул пилот, глядя на приближайся флот Департамента.
Точнее, это был не совсем флот, лишь ближайшие несколько кораблей, что откликнулись на просьбу Ведьмака, среди которых был носитель рельсовой пушки.
И Магнусам предстояло решить, стоит ли углублять конфликт.
Стратег оценил количество пришедших на выручку кораблей, прикинул, не дать ли генеральное сражение, но перевес сил был не в пользу Магнусов.
— Прекратить преследование, — приказал он, глядя на висящий в пустоте прототип. — Мы получили то, что хотели.
Глава 17
Старейший стангер, ныне носящий оболочку по имени Артур Магнус прибыл в засекреченный научно-исследовательский центр, куда Стратег Мейсон доставил захваченный экспериментальный мобильный доспех, разработанный Микаэлой де ла Кармона.
Исследование образца шло уже несколько дней, но раньше Старейший выбраться не мог, из-за положения дел на фронте мировой корпоративной войны.
Все большее количество фирм, компаний и корпораций срывались в прямые противостояния с конкурентами и с собственными работниками, если внутри организации, в которой они трудились, «внезапно» обнаруживалось гнилое ядро.
Компании воевали друг с другом, получив «легальную» возможность утопить конкурента, высшее руководство боролось с «общественным» мнением, пытаясь или словом или силой унять волнения.
Царил полнейший хаос, какого Земля не видела со времён восстания машин.
Старейший был почти восхищён тем, как человечество рвало на части друг друга, без посторонней помощи. Было достаточно слегка подтолкнуть — и накопившийся клубок естественных противоречий стал той искрой, что разожгла пламя воистину мировой войны — все против всех.