— Я выслеживала по каналам одну ведьму-отступницу, — мои ноги по щиколотку вязли в мокром снегу, я замёрзла, но в гостиницу возвращаться не спешила. — Сначала она работала в Кругу, а потом поддалась соблазну запретных знаний и сбежала. Но связь с Верховной осталась. Каналы — как поводки. Зацепишься, убегая, за острые выступы — останутся частички материи. Или как проволока — чиркает по крошащемуся, мнёт мягкое. Это видно в ближних слоях. У ведьм. Как у нечисти — не знаю.
— А в глубоких слоях?
— Паутина. Через них «голову» найти ещё проще — нити паутины всегда сходятся в центре. Но прежде нужно восстановить весь рисунок, до последней черточки. У ведьм, — повторила я. — С нечистью всё может быть иначе. И это если «голова», связанная с остальными членами семьи каналами «слива» силы, реально существует. Если, Дань.
Старший крестник понятливо кивнул. Мы гуляли по набережной, пока я объясняла мелкие детали, а когда тема себя исчерпала, отправились в гостиницу. И замёрзла я, и стемнело.
В номере, переодевшись и согревшись чаем, я проверила почту и с облегчением обнаружила письмо от Альберта с привычным содержанием. Всё же мутят здесь наблюдатели, зуб даю. Знать бы ещё, что именно… Но в решающий момент меня наверняка предупредят. Зачем им путающаяся под ногами ведьма? Незачем.
А потом, выйдя в коридор и отправившись на кухню за кипячёной водой, я опять зависла у номера писательницы. И снова услышала тот же дробный перестук клавиш. Частый-частый. Без пауз. Подозрительный.
— Дань, — позвала я «лиса», — подойди-ка. Послушай.
Ему хватило и минуты, чтобы измениться в лице.
— Тащи отмычку, Лёль. Вскрываем.
Глава 2
— С этой охотой на ведьм одна проблема.
— Интересно, какая же?
— Не всегда ловится именно ведьма.
Джоанна Кэннон «Среди овец и козлищ»
— А что там? — я вернулась быстро и с кофром, где лежали основные амулеты.
Чёрт бы побрал мою дырявую память и прочую вежливость с нерешительностью… Надо было заняться писательницей раньше…
— Или морочная тварь, — старший крестник, судя по взъерошенному виду, готовился ломать дверь. — Или заклятье-имитатор. Не знаю. Но человеком оттуда и не пахнет.
Я выругалась про себя, лихорадочно шаря в кофре. Да, надо — надо было! — заняться этим раньше… Но я утопала в собственных страданиях из-за того, что я «не та» ведьма. И вот она, расплата.
— А кем? — я наконец нашла отмычку. — Кем пахнет?
Данька поколебался, подбирая слова, и произнес только два:
— Кровью. Зачарованной.
А отчего он раньше не учуял смерть, я поняла сразу, едва вставила отмычку в замок. Кровь потекла из замочной скважины как из открытой раны. Тонкие ручейки зазмеились по двери, стекая на пол и впитываясь в дешёвый палас. Экранирующее заклятье, мать его… Пока не подойдёшь и не принюхаешься целенаправленно — даже не поймешь, что ширма.