Глава 3
Глава третья.
Кто рано в океан нырнет, тому малек в глаз попадет…
Чертыхнувшись, я отогнал от лица стайку наглых золотистых мальков с алыми плавниками и протяжно зевнул… чтобы тут же поперхнуться и выплюнуть изо рта аж троих смело залетевших туда рыбешек. Один из мальков уносил во рту какой-то кусочек… похоже на застрявший меж зубов кусочек мяса.
Потерев ладонью поблескивающую каменную стену, я уставился в свое слюдяное отражение и оскалил зубы, проверяя как много у меня таких вот кусков меж зубов. Зубы то я с утра не чистил. То есть там в реале почистил наспех после проглоченной каши и большого стакана воды, но тут в Вальдире не чистил. Зубной щетки под рукой нет и если во рту полно всяких нелицеприятных ошметков, то только и останется что открыть рот пошире и стоять на сонном перекрестке, пока мальки вычистят мне пасть и заодно позавтракают…
Фыркнув, я отвернулся обратно к стене и стоял так пока не отсмеялся.
Вот же я фигов юморист… сам шутку сказал, сам же посмеялся…
Утерев глаза от выступивших слез — это под водой то — я привалился плечом к спине, игнорируя завтракающих водорослями мелких разноцветных слизней и вернулся к занятию, коим занимался уже минут так двадцать и останавливаться пока не собирался.
Я оглядывался, всматривался, изучал, запоминал, здоровался и даже читал и делал заметки, старательно следуя постулатам одного из гайдов про жизнь правильного торговца.
Место для тренировки я выбрал правильное — предрассветный перекресток у почти родного мне рынка, где я заработал первые неплохие для меня деньги. Именно по этой дороге сразу с трех направлений сюда стекался неспешный донный деревенский транспорт, со всех окрестностей свозящий для Приглубья различные вкусности. Спозаранку рынок атаковали здешние кумушки домохозяйки, старающиеся купить лучшее, следовательно прилавкам требовалось быть готовыми еще раньше. Вот и тянулись поскрипывающие повозки по мощенным улочкам, а под полотнищами из грубой водорослевой ткани покачивалось драгоценное содержимое: еще парное мясо откормленных улиток, живая рыба, омары, крабы и многое другое, включая запечатанных в дырчатые горшки осьминогов — этим дай шанс и утекут живой жидкостью. Повозки потяжелее и помассивнее прибыли с глубин куда я пока даже носа не казал. Сидящие на облучках сонные ахилоты зевали еще протяжнее меня и то и дело сердито хлестали кнутами по лезущим из ящиков на их повозках длинным полупрозрачными щупальцам и выпирающим зеленым слизистым бокам с множеством ярких алых искр внутри. За ними тащились заваленные зеленью с окрестных подводных огородов тарантасы, чаще всего управляемые совсем мальчишками, в то время как отцы дрыхли прямо на свежайшем салате. Изредка в этот ручеек повозок вклинивались заваленные лесными дарами телеги, где поверх древесных стволов покоились отрубленные огромные рыбьи головы с еще живыми бегающими по сторонам злыми глазами и стреляющими из клыкастых пастей длинными шипастыми языками…