И пока я мирно стоял у стены с потрепанной книгой для записи в руках, магическим пером делая пометки, в голове пульсировала одна и та же мысль — я стану великим подводным торговцем Вальдиры!

Я стану великим подводным торговцем Вальдиры!…

* * *

Проводив последний десяток припоздавших телег, поздоровавшись и обменявшись улыбками с добродушными селянами, я подошел к последней повозке со свежей зеленью и примерно за четверть часа провернул удивительно быструю и выгодную сделку, принесшую мне в чистой прибыли три серебряные монеты и несколько медных монет. Удалось мне это удивительно просто, и я буквально следовал за постулатами прочитанной книги. Наблюдал, считал, сопоставлял.

А если подробней…

На доске объявлений я прочитал о том, что хозяин расположенной неподалеку лавки срочно ищет корм для элитных серебряных водорослеедов, а ниже шел перечень необходимых им растений, удивительно напоминающий рецепт салата. А сбоку был пришпилен листок от того же ахилота, сообщающего, что ему максимально срочно требуется помощь по вывозу скопившихся отходов определенного пахучего характера.

И вуаля… паззл с щелчком сложился сам собой. Я бы и раньше все провернул, но повозки шли плотно и вздумай я задержать или развернуть тяжелую донную телегу, то устроил бы на въезде в рынок плотную пробку… что вряд ли снискало бы мне всеобщую любовь. А мне репутация была крайне важна, причем репутация правильная. Так что я дождался последних повозок, издалека разглядел несколько подходящих, а то, что последняя оказалась из их числа было счастливым совпадением. Хотя как известно совпадений не бывает, и кто ищет тот всегда найдет…

В результате через четверть часа элитные серебристые рыбы получили свежайший корм, задний двор избавился от кучи фекалий, а осчастливленный крестьянин направлялся домой, увозя с собой немалое количество дармового удобрения для своих огородов. Я же, не коснувшись ничего даже кончиком пальца, просто чуток пройдясь и постояв рядом, приобрел плюс один к доброжелательности и с тем, и с другим участником сделки, плюс именно через мои руки прошли туда-сюда чужие деньги, оставив в перепончатых ладонях честные звонкие проценты.

Еще через несколько минут я уже сидел на циновке за длинной невысокой стойкой, идущей по краю навеса небольшой таверны с символичным названием Богатое Придверье. Таверна имела как закрытое полуподвальное помещение, так и два навеса по бокам, и я выбрал тот из них, что выходил прямо в уже бурлящий рынок. Ряд прилавков располагался на расстоянии нескольких шагов от меня, по проходу неспешно движется крикливая масса первых покупателей. Над головами плывут купленные рыбины в клетках, раковины моллюсков и пучки зелени; сердитая пышная матрона отчитывала покорно слушающего торговца за то, что он вдруг решил поднять цены на медяк и без всяких на то оснований; потерявшегося ревущего ребенка подняли повыше над толпой и к нему уже пробивалась испуганная мамаша разиня; пара подозрительных игроков вели себя как неумелые карманники, не замечая, что за ними наблюдает сидящий неподалеку от меня и пьющий кофе десятник стражи. Я бы мог выкрикнуть какое-нибудь нейтральное предостережение… но предпочел отвернуться и жестом подозвать миловидную официантку со столь теплой улыбкой, что не оставить ей щедрых чаевых было бы просто невозможно. Я заказал средний серебряный кофейник крепчайшего черного кофе без сахара. Красивая посудина была снабжена почти самоварным крантиком с трубкой — вставляешь его в кружку с крышкой, наливаешь сколько тебе надо, а затем неспешно потягиваешь ароматный напиток уже через другую трубку. Что уж поделать — живем в условиях водной среды, а многие жидкости имеют свойство смешиваться. Хотя есть и исконно «ахилотские» подводные напитки, которые вполне себе можно хлебать из открытой всем течениям кружки и не потерять ни капли. Опять же имелась магия, вполне неплохо играющая роль защитного барьера между кофе в кружке и бескрайним океаном, но конкретно в этом заведении считалось, что любая магия портит вкус напитков. Я с этим спорить не собирался, равно как и требовать себе кружку с магическими чарами. И сахар в кофе я добавлять тоже не собирался. Потому что уже успел подслушать, что именно эту длинную стойку выбирают для утреннего кофепития здешние «весомые» ахилоты, пьющие густую антрацитовую жижу без сахара и считающего сладость проявлением слабости в характере, в привычках, а следовательно, и в делах.