Оказавшись на рынке, первым делом я добрался до таверны Торговое Придверье, где постоял чуть у входа, изучил лица пьющих и насыщающихся, вычленил тех, кого я знал и с кем прежде общаться, после чего вошел в небольшой зал и выборочно двинулся по столикам, с коротким вежливым поклоном раздавая визитки и произнося одни и те же слова:
— Торговец Бульквариус — к вашим услугам.
Иногда для дополнительной весомости я добавлял что-то вроде:
— Занимаюсь различными торговыми операциями — или же чуть переиначивал для солидности — Имею опыт и некоторую репутацию в торговых делах.
Пройдя так через весь зал, я раздал визитки знакомым, хотя и так знал их, но попутно удалось всучить бумажные прямоугольники и незнакомым мне ахилотам. А с некоторыми из них я даже поручкался и обменялся именами — стоило мне покинуть зал и я тут же записал их, добавив короткие описания, включающие в себя информацию с кем они сидели, что ели и пили, на какие подслушанные мной темы общались. Так я обогатился на десяток новых имен и чуток сведений, потеряв при этом тридцать визиток — уверен, что львиная их доля отправится в мусорные урны. Ну и ладно… а я, убрав заметки во внутренний карман, чтобы ворам было потяжелее их добыть и вошел под навес, где не так давно пил кофе. Тут я повторил ровно тот же самый процесс, а через четверть часа, стоя за старой часовой башней, торопливо вносил новые сведения в свои пополняющиеся заметки.
Закончив с писаниной, оглядел раскинувшийся передо мной уже предвечерний рынок и решительно шагнул в ближайший проход между прилавков, ожесточенно борясь при этом с терзающей меня стеснительностью.
Ходить вот так среди торговых рядов, представлять абсолютно незнакомым мне личностям, протягивать свои визитки — а уже раз десять случился момент, когда мои визитки брать отказывались. Ох этот чудесный миг, когда стоишь кретин кретином с протянутой рукой, застыв в полупоклоне и все на тебя пялятся, равно как и тот, кто с презрением отказался прикасаться к моей дешевой визитке…
Что ж… я ахилот не мстительный, о нет… но их я запомнил. И пообещал себе — придет время, и они сами явятся ко мне ради заключения сделок… и я не приму их визиток и даров. Ох не приму!
На моей карте схема рынка прочерчивалась все полноцветнее и отчетливее по мере того, как я завершал очередной проход и сворачивал в следующей. Я шел мимо зеленщиков и мясников, между прилавками заваленными фруктами и пластинами хитиновой брони, перешагивая подергивающиеся щупальца парализованных, но вполне живых осьминогов, проходя сквозь их чернильные облака, избегая щелкающих клешней огромных омаров и жалящих стрекал пунцовых актиний. И раз за разом я протягивал свои визитки и склонял голову в одном и том же приветствии: