Пришлось действовать быстро.
Оторвавшись от созерцания объявлений, я пересёк улицу, уклонившись от фургона с молочкой. Девушка завела мотор и плавно тронулась с места, я же шагнул в машину, врубив проницаемость. Тонкость была в том, чтобы вовремя стать материальным и остаться в салоне, причём сделать это в движении.
Мне удалось.
Восстановив материальность рук, я упёрся ладонями в обивку заднего сиденья, опустил голову, подтянул ноги и вновь стал человеком. Трость я сразу кинул под ноги, а из кармана достал тычковый нож.
Расчёт был верным.
Я оказался позади девушки, сбросившей с головы капюшон.
— Не дёргайся, — остриё ножа слегка упирается ей в шею. — Продолжай рулить.
Говорю я, конечно же, по-китайски.
Девушка, худенькая китаянка лет двадцати, ударила по тормозам. Одновременно с этим манёвром сместилась влево, чтобы я не порезал её ножом. Наверное, это должно работать с дилетантами, но я крепко ухватился второй рукой за переднее кресло и благодаря этому не расквасил себе нос.
Резко бью китаянке по почкам.
Прямо сквозь сиденье.
Без замаха, кулаком.
— Жопа! — не выдержала тупая сучка и попыталась мне двинуть локтем с разворота.
Я поставил блок и тут же зарядил по почкам во второй раз.
Китаянка взвизгнула и пропустила момент, когда я схватил её за волосы и приставил к горлу нож.
— Повторяю для тупых. Едем вперёд, без фокусов. Выкинешь ещё что-нибудь подобное, останешься без уха. Или без пальца.
— Какого хрена? Вали из моей тачки!
Пришлось царапнуть кожу лезвием.
Выступила кровь.
— Ты из этой тачки можешь выйти вперёд ногами, дура. Если не будешь меня слушать.
Скрипнув зубами, девушка выполнила приказ.
Мы поехали вперёд, набирая скорость. Дворники исступлённо смахивали воду с лобового стекла, весь окружающий мир казался нереальным.
— А теперь запоминай, — нарушил я затянувшуюся паузу. — Мы выезжаем из Хуабу в сторону порта. По дороге я задаю вопросы. Ты отвечаешь. За правдивые ответы я начисляю тебе по одному баллу. За попытки меня обмануть или отказ отвечать — минус три балла. Подъезжаешь к порту с положительным балансом — я тебя отпускаю. Если уходишь в минус — отправляешься на корм рыбам. Начали.
Глава 32
Пока я сидел в капсуле, у меня было достаточно времени, чтобы обдумать ситуацию.
То, что я услышал от ныне покойной Черепахи, существенно расширяло необычный проект под названием «Е Тенгфей». Да, от морфистки я избавился. Она умерла бы при любых раскладах — просто потому, что я не оставляю свидетелей. Сейчас же мне предстоит встретиться с ещё одним типом, который, в сущности, является промежуточным звеном. Не доверенным лицом Бумажного Китайца, а тем, кто общается с доверенными лицами.