Баронесса поджала губы.
Повисла гробовая тишина.
— Вы забираете половину денег с наших счетов, — решила подвести черту Сухомлинская, — две трети имущества, «витязей», распускаете нашу гвардию… и хотите долю в наших предприятиях?
— Напоминаю про денежную компенсацию за усадьбу, — продолжаю гнуть свою линию. — И да, я хочу половину от всего, что вы зарабатываете на своих объектах. Альтернатива гораздо хуже, баронесса. Мы можем пустить с молотка ваше казино, ресторан, сувенирную и винную лавки, гостевой дом. Налаженные схемы рухнут. Вам придётся расти с нуля. Так что да, я предлагаю достойный компромисс.
Как по мне, война между Родами из одного клана — полный бред. На месте Трубецкого я бы это запретил. Расшатывает устои, сеет внутреннюю вражду, бьёт по ресурсам. Думаю, гипертрофированные понятия аристократов о чести и достоинстве вынуждают их оставить лазейку в Кодексе для того, чтобы выяснять отношения с кем угодно. Интересно, во всех Великих Домах такие порядки?
— Что ж, — лицо баронессы как-то осунулось и постарело. — Похоже, у нас нет иного выбора.
Выбор есть всегда.
Просто ты, женщина, не умеешь воевать.
— Мирный договор у меня с собой, — делаю знак Николаю Филипповичу, и тот выкладывает бумаги на стол. — Предлагаю подписать без лишних промедлений. Все контрибуции будут оформлены приложениями после окончательного согласования деталей.
— Это прописано в договоре, — добавил отец Алисы.
— Также хочу представить вам Джан Курт, — указываю на свою спутницу. — Она будет вести дела в моё отсутствие. Джан сможет подписывать дополнительные соглашения, отслеживать транзакции, контролировать прозрачность нашего входа в ваши… хм… семейные предприятия. Николай Филиппович Вишневский выступит в роли консультанта.
— Основные согласования я готова провести сегодня, — вступила в разговор Джан. — Наверняка, вы подготовили финансово-отчётную документацию, на которую я хотела бы взглянуть.
Ого!
А морфистке палец в рот не клади…
Откусит по локоть.
— Как будет угодно, — процедила баронесса.
— «Витязи» должны быть в моей усадьбе сегодня вечером, — я поднялся с раскладного стула. — Всего хорошего, дамы и господа.
Глава 8
— Готово, — сказал Бродяга.
Может, и не сказал, но подумал.
Я специально поехал в Красную Поляну на «Борее», чтобы со стороны полюбоваться бывшими развалинами своей усадьбы. Права на управление домоморфом временно передал Джан.
Выглядела моя земля не лучшим образом.
Обширный пустырь — каменистый и заросший бурьяном. Через северный участок надела течёт горный ручей. Ну, течёт — это громко сказано. Берега покрыты льдом и почти срослись между собой. Ручей впадает в озеро, которое тоже примыкает к моим владениям. Берег пологий, каменистый. Ни пирса, ни модного причала. Ни пришвартованной поблизости яхты. Это я, конечно, шучу. Зато виды — огонь! Домики соседей, голые фруктовые деревья, отражающееся в тёмной глади свинцовое небо. Всюду заснеженные вершины. И вообще. Сугробы, которые упорно не хотят таять.