— Вопрос был риторическим, — усмехнулся старый вояка. — Раз пришли… значит, будете.
Я понял, что от кавказского гостеприимства просто так не спастись.
Глава 10
— Бодро ты развиваешься, — с усмешкой произнёс Хасан, делая глоток из миниатюрной чашечки. Мы пили халифатский кофе с какой-то особой обжаркой. — Уже барон.
— Не одобряешь? — моя бровь изогнулась.
С Хасаном мы давно перешли на «ты».
Южная манера общения.
— Он не любит клан, — хмыкнула Маро.
— Я тоже, — пожимаю плечами.
— Тогда зачем вступил, брат?
— Ненадолго. Это часть моих договорённостей. Спустя некоторое время планирую выйти и стать вольным аристо.
Прокатчик внимательно посмотрел на меня поверх чашки. Мне даже показалось, с некоторой долей одобрения. И уважения.
— Думаешь, отпустят?
— А у меня есть волшебное слово.
Кобалия откровенно забавлялась, глядя на нашу пикировку.
Суть моего визита уже изложена, Хасан принял это к сведению, но окончательного решения не озвучил. Собственно, результат во многом зависел от моих ответов, и это понятно. Старый пилот не хочет подставлять парней, которые ему доверяли в прошлом. Если уж и рекомендовать меня в качестве главы Рода и нанимателя, то стоит убедиться в адекватности такого союза.
— Допустим, — кивнул Хасан. — А последствия ты просчитал? Трубецкие очень не любят таких умников.
— Просчитал, — делаю очередной глоток из чашки. — Повторюсь, у меня есть рычаг давления на князя. Не стану озвучивать, какой.
— Рычаг давления НА КНЯЗЯ? — не выдержал старик. — Да как вообще ты можешь на него давить?
Хасан бросает недоумевающий взгляд на Маро.
— Он может, — Кобалия не отводит глаз. — Просто поверь.
Прокатчик какое-то время молчит, переваривая услышанное. Я знаю, что уровень доверия между бывшими сослуживцами высок. Иначе и быть не может, если от действий товарища по оружию зависит твоя жизнь. И сейчас я делаю ставку на то, что безоговорочное доверие вытеснит опытного скептика.
— Ладно, — сдался Хасан. — Я верю тебе, девочка.
При этих словах Маро хмыкнула.
Старик повернулся ко мне.
— То, что ты хочешь… будет непросто организовать. С одними бойцами я давно не общаюсь, о судьбе других ничего не знаю. Придётся наводить справки. На это уйдёт время.
— Ему нужен Демон, — сказала Маро. — Ты ведь понимаешь.
Хасан напрягся.
Упоминание Демона ему не понравилось.
Я не знаю, о ком они толковали, но этот человек явно был непрост.
— Вряд ли я смогу помочь, — глухо произнёс старик.
— Можешь, — возразила Маро. — Демон только с тобой будет разговаривать.
— Ты не понимаешь, — раздражённо ответил Хасан. — Слухи… до меня доходят неприятные слухи.