Чем больше мы разговаривали, тем больше меня душила жаба. И это мы ещё не приступили к обсуждению материалов, артефакторной и каббалистической начинки! Опять же, подключение всей этой истории к воде, канализации, электричеству. Прокладка телефонной линии.
В общем, я спихнул все эти вопросы на Джан.
Смету пусть тоже сама согласовывает.
Надеюсь мне хватит средств, отжатых у Сухомлинских, чтобы не трогать свои активы у ганзейских банкиров. Инвестиции — это святое.
И вот, освободившись от строительной рутины, я взялся за набор гвардии.
Ладно, ещё не взялся.
Хасан может и отказаться мне помогать.
— Чего ты ожидаешь от старого хрыча? — нарушила затянувшуюся паузу Маро.
— Мне нужно набрать гвардию. Найти пилотов. Укомплектовать СБ. А у твоего друга наверняка есть полезные знакомства в военной среде. Отставные вояки, вышедшие на пенсию ветераны. Бойцы, испытывающие материальные трудности.
Кобалия задумалась.
— И ты бы хотел… скажем так… безоговорочной преданности?
В глазах девушки мелькнули весёлые искорки.
— Я бы мог набрать и простых наёмников.
— Вот только их можно перекупить.
— А ты сечёшь.
— Хорошо. У меня есть кое-какие предположения… но ты не вмешивайся, когда я начну разговор с Хасаном. Тема деликатная, сам понимаешь.
Мы въехали на территорию Альпики с совершенно неожиданной стороны. Раньше я добирался на тренировочные террасы с помощью канатки, а после топал пешком. Сейчас мы свернули на неприметное шоссе, миновали блокпост и оказались на автостоянке, о существовании которой я даже не подозревал. Выбравшись из машины, зашагали по расчищенной от снега дорожке к очередным воротам с будкой охранника. Особисты Эфы рассредоточились таким образом, чтобы не бросаться в глаза, но присматривать за окрестностями прокатной конторы.
Ворота открылись, выпуская нас за пределы охраняемой территории.
— Я выехать оттуда смогу?
— Тебя пропустят! — рассмеялась Маро. — Всё улажено.
Заснеженная терраса перед прокатным пунктом была вытоптана. Зима не останавливает воинов, повышающих свой уровень годами…
Над обиталищем Хасана тонкой струйкой змеился дым.
Маро вошла без стука, я последовал за ней.
За время нашего отсутствия ничего не изменилось. Разве что у дальней стены появился электрический обогреватель, а в подсобке хозяин проката топил буржуйку. Веяло теплом и уютом, что резко контрастировало с макетами смертоубийственных штук в стойках.
Хасан выехал из подсобки, ловко маневрируя коляской.
— Ребята! Как давно я вас вместе не видел! Кофе будете?
— Спасибо, — начал я, — но мы…
Маро наградила меня суровым взглядом.